Борис Харькин

Финли Свинодав

Пролог


— Я привел его вам, господин бургомистр! Извольте глянуть в окно.

— Кого «его»? О ком вы, Гелэрд?

«Неужели так сложно оторвать задницу от кресла и просто посмотреть?»

— Да вы гляньте, гляньте. Ручаюсь, вам понравится.

Маленький градоправитель неохотно покинул кресло. Он долго пялился в окно, а когда повернулся к гостю, глаза сверкали, а по лицу расплылась широкая улыбка.

«Говорил же — понравится».

— Ммм... эээ... мой добрый Гелэрд! У меня нет слов! Это же чудо! Это прелесть! А клыки-то, клыки! Ими же можно поле вспахать! Скалу пробить! Врата Каваррена протаранить!

«Пожалуй, со скалой и вратами — это уже перебор». — Гелэрд хмыкнул и тоже подошел к окну.

На лужайке перед домом стоял бурый вепрь невероятно гигантских размеров!

— Красавец! — воскликнул градоправитель. — Никогда не видывал таких огромных! Могу поспорить, что в холке он выше меня!

«Ха! Нашел сравнение! Даже болонка в холке выше тебя! Впрочем, мой свин действительно немаленький».

Кабан задрал здоровенную клиновидную башку, глазки с грустью уставились прямо на Гелэрда.

— Дружище, где вы его взяли?!

— Можно сказать, он сам пришел, еще... поросенком. Я его вырастил и воспитал.

— Вы?! Вот уж не знал, что вы тоже этим занимаетесь. Хотя... это Каваррен.

Бургомистр вытащил из ящика в столе позвякивающий мешочек.

— Сколько вы хотите за этот великолепный экземпляр?

— Увы, он не продается.

— Да будет вам, Гелэрд! Назовите цену! Я дам вдвое больше, чем старый Солль!

— Говорю же, он не продается.

Бургомистр озадаченно уставился на гостя.

— Зачем же вы тогда его сюда притащили, мор вас побери?!

— Помнится, на прошлой неделе вы жаловались, что в этом году у вас нет бойца, достойного сразиться в финале. Вот вам боец. В подарок.

От удивления обычно словоохотливый бургомистр потерял дар речи. Наконец, он выдал:

— Хмм... Ух ты! Ну, дружище, вы знаете, как порадовать! Спасибо! Я ваш должник!

«Да что с тебя взять?»

— Как его зовут? — спросил градоправитель.

— Финли.

— Эмм... простите, как?!

— Финли, господин бургомистр.

— Вы шутите? Что за дурацкое имя?! Потрошитель! Разрыватель брюх! Свинодав, в конце концов! Вот имя для чемпиона! Что еще за, мор побери, Финли?!

— Если вам угодно, можете называть его Свинодавом, — равнодушно бросил Гелэрд. — Впрочем, на имя Финли он откликается охотнее.

— Что ж, пусть будет Финли Свинодав!

«Финли Свинодав звучит еще более по-дурацки, чем просто Финли».

— Отличное имя, господин бургомистр.

— Отличное имя — для отличного бойца! Клянусь ключом от города, в этом году мы устроим кровавую баню жалким чушкам Солля! Теперь его чемпиону Харсу не устоять!

— Харсу? Если я не ошибаюсь, Харса распорол ваш Пыр пару лет тому.

— Несмотря на то что вы где-то раздобыли такого изумительного вепря, Гелэрд, вы плохо разбираетесь в нашей излюбленной каварренской забаве! Да будет вам известно, что Солли всегда называют своего сильнейшего кабана Харсом. С фантазией у них, видать, туговато.

«Зато из тебя фантазия бьет фонтаном».

— К сожалению, Пыр уже староват, и боюсь, что в этом году его самого бы распороли. Но вы меня выручили, дражайший Гелэрд! Вы меня спасли! Вот только... у меня есть один важный вопрос...

— Я вас слушаю.

Бургомистр кивнул в сторону окна.

— Уж больно здоровый! Скажите, дружище, вы точно не подвергали его, эммм... вашим штучкам? Ведь если сии хитрости раскроются, репутация нашего дома будет запачкана!

— Клянусь вам своим именем, я никоим образом не воздействовал на этого кабана с помощью магии.

— Вот и отлично! Давайте выпьем белого каварренского! Такое дело необходимо отметить!

— Дорогой бургомистр, не обижайтесь, но, увы, некогда. Мне уже пора. Берегите Финли.

— Финли, Финли... — пробормотал градоправитель, закрывая дверь за Гелэрдом. — Дурацкое имя, но где-то я его слышал...


Глава первая


Финли, ныне Свинодав, щурясь, разглядывал свое новое жилище. Не впечатляло.

«Одним словом — свинарник», — подумал он.

— Шевелись, хрюшка! — рявкнул дрессировщик Брога.

Финли он сразу не понравился. Брога походил на медведя — здоровый, заросший густой курчавой шерстью и косолапый. Но больше всего Свинодаву не понравились острые вилы в руках дрессировщика.

— Тебе повезло. Наш славный бургомистр разрешил тебя накормить, хотя вечерняя кормежка уже закончилась. — Брога ухватил Финли за загривок и подвел к корыту.

«Что?! Желуди?! Да ты издеваешься!»

— Жри, хрюшка! Тебе надо много жрать, ведь теперь ты будешь прославлять дом бургомистра!

Финли был голоден, он не ел с утра. Преодолевая отвращение, он погрузил рыло в желуди.

Через мгновение Свинодав уже жадно чавкал и хрумкал — на удивление, еда оказалась даже вкусной. Впервые за этот сумасшедший, ужаснейший день Финли почувствовал себя сносно.

Но Брога сумел все испортить одной лишь фразой:

— Завтра с утречка ты будешь сражаться с нашим чемпионом Пыром! Бургомистр хочет понять, кого из вас выставлять на турнир.

Огромная лапища дрессировщика вновь сцапала Финли за загривок.

«Ну что за отвратительная привычка?! Я могу и сам идти!»

Брога потащил Свинодава к рядам вольеров. Они остановились у самой большой клетки. Оттуда вырывался оглушительный храп. В темноте, сквозь толстую решетку, виднелись очертания громадной туши, в лунном свете поблескивали гигантские клыки. Финли стало дурно, шерсть на лбу взмокла от холодного пота.

— Вот он — наш Пыр! Знаешь, почему его так прозвали? Завтра поймешь, когда он распорет твое жирное брюхо! Впрочем, может быть, и Пыру не поздоровится, если ты так хорош, как расписывал тебя Гелэрд. Как же он сказал... уни... уникастый, во!

«Уникальный, дубина! Только вряд ли уникальность поможет мне против клычищ этого чудовища!»

— В общем, завтра один из вас порвет другого на куски. Не подведи, бургомистр надеется на тебя! А теперь — в вольер, хрюшка, надо выспаться перед боем...

— Погоди, Брога. — Мелодичный женский голос донесся откуда-то сверху. Финли задрал рыло. На балконе, на фоне освещенного окна виднелся стройный силуэт.

— Это тот красавец, которого Гелэрд подарил отцу?

— Так и есть, госпожа Тинара. Завтра будет биться с Пыром.

— Как его зовут?

— Финли, кажись.

— Финли, Финли... знакомое имя. Ладно, завтра поглядим, на что он способен.

Брога загнал Свинодава в вольер, лязгнул засов. Сквозь решетку Финли видел тоненькую фигурку госпожи Тинары, вырисовывающуюся на ярком фоне окна. Из его глаз катились крупные слезы.

Как много всего изменилось с тех пор, как мир стал черно-белым!


(Отрывок из прошлой жизни № 1)


...Он написал ей уже три письма.

Она два раза ему улыбнулась! На рынке и на банкете в доме ее влиятельного отца. Это давало надежду! Ничтожную, но надежду.

Нужно переходить к более решительным действиям. Подарить цветы? Пригласить на свидание?

Она любила по утрам прогуливаться по берегу Кавы. Это был его шанс!


* * *


— Тинара!

— А... это вы... Простите, забыла, как вас...

— Финли.

— Ах да... точно.

— Вот... Это вам!

— Что?! Морковка?!

— Ой, простите! Я хотел наколдовать букет роз. Я не волшебник, я только учусь, но позвольте вам сказать...

— Что ж, давайте сюда ваш... подарок. Надо признать, мне еще никто не дарил морковок! Возможно, если бы вы колдовали не с закрытыми глазами, результат был бы лучше?

— Простите, я так стесняюсь.

— Хорошо, конечно же, я вас прощаю... а теперь вам надо уйти. У меня здесь встреча...

— Эээ... прошу прощения, я не знал...

— Тина, что это за сморчок?!


(Конец отрывка)


Финли ворочался на сене, уснуть не получалось.

Тинара давно покинула балкон, а Финли все думал о ней, вспоминал карие глаза, россыпь веснушек, задорную улыбку.

Он хрюкнул с тоски, и этот непривычный звук напомнил ему обо всем ужасе его нынешнего положения. Мысли мигом перетекли в другое русло. Из соседнего вольера слышался громогласный храп. Завтра с утра Финли ждала неприятная встреча. Последнее время ему очень везло на неприятные встречи...


(Отрывок из прошлой жизни № 2)


...Финли уже довелось видеть Мортона Гульда подле Тинары. И каждый раз он сгорал от ревности. Еще бы, на фоне стройного мужественного Мортона тощий нескладный Финли смотрелся как облезлая дворняга рядом с породистой гончей. К тому же Мортон — гуард, а в этот элитный полк кого попало не берут.

Мортон оглядел Финли брезгливо, словно смотрел на коровью лепешку.

— Тина, что этому прыщу от тебя надо? И почему у тебя в руке морковка?

— Это он мне подарил, — улыбаясь, призналась дочь градоправителя.

— Он что, повар? В жизни не видел более идиотского подарка! А что, если засунуть ему эту морковку в...

— Не надо, Мортон. Он уже уходит.

Финли собрал все остатки храбрости и проблеял:

— Вовсе нет.

— Неужели? — оскалился Мортон. — Такому отребью не место подле дочери бургомистра. Наверное, придется тебя проучить.

— Мортон, стой! — вскрикнула Тинара, но было уже поздно.

Кулак гуарда врезался в челюсть Финли, и бедняга рухнул на песок набережной. Он с трудом поднялся, выплюнул кровь и два передних зуба. В голове звенело, еще чуть-чуть, и из глаз бы брызнули слезы.

Надо было хоть как-то сохранить вид в глазах Тинары! Только какой уж тут вид, губы разбиты, вся одежда в песке, еще и двух передних зубов теперь не хватает!

Тогда Финли сделал то, о чем сразу же сильно пожалел.

Не соображая, что творит, он прочертил носком башмака в песке перед Мортоном глубокую черту.

— Что?! Тина, нет, ты видела?! Поваренок вызывает меня на дуэль! Меня — гуарда! Да у тебя даже сабли нет! Чем ты будешь сражаться? Морковкой?! Я не буду убивать тебя, клоун! Ниже моего достоинства пачкать руки о простолюдина и неумеху!

В этот миг сердце Финли разрывало два противоречивых чувства. Счастье от того, что дуэль не принята, и он будет жить. И жгучий стыд перед Тинарой.

— Ты еще здесь?! Если ты сию же минуту не уберешься, я выбью тебе оставшиеся зубы, и тебе нечем будет стучать от страха при виде настоящего мужчины вроде меня!

Финли понимал, что если сейчас уйдет, поджав хвост, то дочери бургомистра ему не видать. Девушки не любят трусов, тем более здесь — в Каваррене, где мужество и отвага стоят превыше любых добродетелей.

И тут у Финли родился великолепный план.

Шепелявя из-за выбитых зубов, он пролепетал:

— Раз ты не принимаешь вызов на дуэль, я предлагаю пари.

— Пари? У меня встречное предложение, если я еще раз увижу тебя возле Тины... нет, даже не так... если я вообще еще раз тебя увижу, то буду пинать до тех пор, пока ты не вылетишь из города.

— Не поверишь, но именно такое пари я и хотел предложить. Завтра мы будем драться без оружия. Тот, кто проиграет, покинет Каваррен навсегда.

Мортон Гульд долго смеялся, а Тинара пристально разглядывала Финли. Он не мог понять, чего было больше в ее взгляде: любопытства, жалости, презрения?

— Хорошо, шепелявый недоумок! — отсмеявшись, сказал гуард. — Но только не завтра. Я не хочу, чтобы кто-то из моих знакомых увидел, как я избиваю безродную крысу. Будем драться сразу после вепревого турнира. Все будут чествовать победителя, и никто не увидит, как я вколочу тебя каблуком в землю.

— Если кто-то использует оружие, он проиграет, — уточнил Финли.

— Для того чтобы начистить твое рыло, мне не понадобится оружие. Раз уж я выбрал время, место выбирай ты.

Финли еще не успел обдумать все детали своего плана, поэтому осторожно сказал:

— Отлично, я сообщу тебе позже.

— У тебя есть время, — ухмыльнулся Мортон. — Потренируй свою хилую тушку. Подготовься к бою, чтобы, когда я буду спускать с тебя шкуру, мне было хоть капельку интересно.

— Я подготовлюсь, уж не волнуйся! — еле слышно прошептал Финли.

— Мортон, а ты знаешь, что он ученик мага? — спросила Тинара.

В глазах гуарда что-то промелькнуло. Всего лишь на миг, но Финли заметил. Что это было? Испуг?

— Ах, вот оно что, — пробормотал Мортон. — Что ж, я никогда не калечил мага. Будет любопытно. Знаешь, как тебя там?.. ученик... когда заключается пари, нужно заранее обговорить все условия, чтобы потом не возникло глупых спорных ситуаций.

Финли кивнул.

— Моя дама, прекрасная госпожа Тина, будет свидетелем.

От слов «моя дама» у Финли свело челюсти. Но, кажется, Тинаре тоже не понравился хозяйский тон Гульда.

— Итак, условия! Мы будем драться на кулаках послезавтра, когда закончится вепревый турнир, в том месте, которое выберешь ты, огрызок. Ты обязан сообщить мне место уже завтра. Во время поединка нельзя будет пользоваться никаким оружием... — Гульд хитро улыбнулся. — А также волшебством.

Финли вздрогнул. Перевел взгляд с ухмыляющегося Мортана на Тинару. Отступить сейчас — нестерпимый позор!

— Согласен, — решительно отозвался он, как в омут головой бросился.

Дочь бургомистра глянула с уважением.

— Если кто-то использует магию или оружие, он нарушает условия пари, и поединок сразу прекращается, — уточнил Мортон. — Тот, кто нарушил правила, считается проигравшим. Он обязан покинуть город.

— Все верно, Гульд. Приготовься распрощаться с Каварреном! — Финли изо всех сил попытался сказать эту фразу гордо, но шепелявость испортила весь эффект.

Он развернулся и, стараясь держать осанку, двинулся прочь.

За его спиной ржал Мортон. И что самое обидное, смеялась и Тинара.


(Конец отрывка)


Уснуть по-прежнему не получалось. Стоило Финли сомкнуть веки, перед мысленным взором появлялись клыки Пыра — огромные, острые, ужасающие!

«Светлое небо! Учитель, ну где же ты?!»

Шутка затянулась.

«Впрочем, шутка ли?!»

Наконец он все-таки забылся в тревожном сне.


(Отрывок из прошлой жизни № 3)


Учителя дома не оказалось. Это было на руку. Во-первых, Гелэрд высмеял бы шепелявую речь Финли, он всегда жестоко смеялся над учеником.

«Такой уж учитель — ехидный, циничный и порой абсолютно бессердечный».

Во-вторых, что самое главное, Гелэрд бы не дал Финли осуществить его план.

Ученик вбежал в свою каморку на чердаке. Мешанина чувств ворочалась в его душе. Предвкушение и надежда боролись с обидой, злостью, страхом и неуверенностью.

Он знал, что Гульд ухлестывает за Тинарой, но не думал, что у них все так серьезно.

«Наивный кретин! — Финли скривился. — Этот ублюдок назвал ее „своей дамой“! Но она будет с ним несчастна, ведь с первого взгляда видно, что Гульд умеет любить только себя!»

Тинаре нужен сильный защитник. Таков Каваррен, тут уважают лишь сильных. Что ж, он станет таким. Он будет самым сильным!

Финли отлично знал здешние устои и уже давно нашел способ. Но до сих пор он не мог решиться, потому что это был очень опасный способ!

«Теперь отступать некуда! Вепревый турнир через два дня. Через два дня поединок с Гульдом. Во время него нельзя использовать магию. Но никто не говорил, что нельзя использовать магию до поединка!»

Дрожащей рукой Финли листал страницы древней книги. Надо собраться, работа предстоит сложная и ответственная! Было страшно. Но если не сделать этого, то можно сразу собирать пожитки и убираться из Каваррена.

Учитель часто говаривал, хлопая Финли по плечу:

— В тебе есть искра. Но чтобы из искры родилось пламя, нужны условия. Часто в стрессовой ситуации возможности мага возрастают в сотни раз! Чтобы раскрыть потенциал, тебя должно пронзить жало страха, тебя должно захлестнуть волной паники. А не раскроешься, так и останешься никчемным ученичком, способным лишь распугивать комаров! Я знавал мага, который способен был стать лавой. Лавой, Финли!

«Сейчас или никогда!»

Финли приступил к чтению заклятия — сложного, запутанного, неимоверно длинного. Он был предельно внимателен, ведь каждое слово имело значение!

После первых же строк он почувствовал, как в него начала вливаться сила. Благодаря заклятию Финли должен обрасти мускулатурой, которой бы позавидовал и сам бог Харс — покровитель воинов! Его мышцы вырастут, движения станут стремительней, реакция — молниеносной!

«Ну держись, Мортон Гульд! Без твоей сабли у тебя не будет шансов. Послезавтра ты ответишь за все! За издевательства, за унижения, за выбитые зубы!»

Финли переполняла, почерпнутая извне, сила — чужая, чудовищная, звероподобная! Его бросило на четвереньки, но он продолжал читать. Голову сдавило, словно тисками, мир начал терять краски.

«Это нормально, это от перенапряжения».

В ушах шумело, голос стал низким и хриплым.

«Так и должно быть. Неудивительно, что голосовые связки тоже деформируются, когда меняется все тело».

Финли произнес последнее слово, и оно ударило в его мозг, словно кузнечным молотом. Мир вокруг исчез. Все исчезло.


* * *


...Первое, что он увидел, когда пришел в себя, были два белых клыка, маячивших перед носом. К слову, это был уже не нос, а заросшее бурой шерстью рыло!

«Что, мор побери, случилось?!» — завопил Финли, но из горла вырвалось лишь сиплое хрюканье...

Звериный ужас овладел им. Хотелось бежать прочь из дома! Хотелось забиться куда-нибудь, где его никто не увидит... таким!

Финли с трудом отогнал панические мысли.

«Нужно заставить себя думать рационально. Я не животное! Но вот только кто в это теперь поверит?!»

На Финли вновь накатила волна паники. Хвост поджался. Светлое небо! Он не мог поверить, что у него теперь есть хвост!

Самое страшное, он не знал, как расколдоваться. Финли не удосужился выучить контрзаклинание, ведь он не рассчитывал превратиться в... это!

«Что же пошло не так?!»

Финли часто не мог выполнить задания учителя. Но в этом заклинании он был уверен на сто процентов! Он долго готовился, сотню раз перепроверял формулы. Финли давно собирался стать мускулистей, чтобы покрасоваться перед Тинарой.

«Светлое небо! Что же пошло не так?!»

Понимание ударило в голову, как таран.

«Какой же я идиот!»

Когда произносишь вербальное заклинание, не только каждое слово имеет значение, но и каждая буква, каждый звук! Из-за выбитых зубов он выговорил многие слова шепеляво!

Финли провел языком по своим новым кабаньим зубам. Все на месте. Видимо, отросли при трансформации. Неужто, когда он расколдуется, у него не будет прорех в улыбке?

«Ты сначала попробуй расколдуйся, идиот! Эх, надо было произносить заклинание мысленно!»

Но невербальное волшебство в сотни раз сложней! Стоит на секунду отвлечься, и даже простенькое заклятие может выйти из-под контроля. Вспомнить хотя бы тот постыдный случай, когда он хотел удивить Тинару и вместо роз наколдовал, подумать только, морковку!

«Надо же было так опозориться!»

Но он не собирался бормотать слова заклятия, стоя перед девушкой: чего доброго, она бы приняла его за умалишенного. Финли хотел все сделать быстро и красиво... чтобы был сюрприз. Получился именно сюрприз, в том числе и для самого горе-волшебника...

Финли скосил глаза на свое рыло. Сегодняшний день был богат на сюрпризы!

«Что же теперь делать?! Есть только один выход! Гелэрд! Он расколдует... Ага, а потом убьет!»

Финли вновь овладело желание сбежать в ближайший лес.

«А что потом? Хрюкать всю недолгую жизнь, до первой встречи с гуардами, которые обожают охоту на диких кабанов. Нет уж, лучше буду ждать учителя. Пусть смеется! Пусть поколотит! Пусть будет обзывать свиньей до конца дней! Лишь бы расколдовал!»


* * *


— Хм... вепрь? Здесь?

«Это я, учитель!»

— Откуда здесь вепрь?

«Это я — Финли!!»

— А насвинячил-то как! Что же с тобой делать, дружок?

«Расколдовать!!!»

— Отведу-ка я тебя к бургомистру. Он как раз жаловался, что в этом году у него некого толком выставить против чемпиона Соллей.

«Не-е-е-е-ет!!!»


(Конец отрывка)


Глава вторая


Финли снился сон.

Длинный стол, заставленный яствами и кубками с вином. За столом множество красиво одетых людей, а в центре на огромном серебряном блюде — он, Финли. Поджаренный целиком до румяной корочки и с печеным яблоком во рту.

Бургомистр поднимается из-за стола. В одной руке — кубок, в другой — вилка. Он произносит речь:

— Свинодав разочаровал нас на турнире. Надеюсь, как блюдо он нас не разочарует!

С этими словами он втыкает вилку Финли в задницу.

Свинодав вскочил, стукнулся головой о крышу вольера. У двери стоял Брога с вилами в руках и злорадно ухмылялся. Это он уколол вилами, догадался Финли.

— Пора вставать, хрюшка! — рявкнул дрессировщик. — Пыр тебя уже заждался.


* * *


Пыр, и правда, уже ждал. Он стоял на противоположной стороне большой утрамбованной площадки и нетерпеливо ковырял копытом землю. На его клыки были надеты затупленные чехлы-наклычники.

«Спасибо, Небо!»

Точно такие же Брога сноровисто натянул на клыки Свинодава.

За ограждением собрались зрители. Бургомистр, вся его челядь, несколько знатных гостей и, конечно же, прекрасная дочь — Тинара.

В любой другой ситуации Финли бы не смог оторвать от нее глаз. Но только не теперь. Сейчас его взгляд был прикован к исполинским клыкам противника.

«Одна надежда на наклычники!»

Несмотря на эту предосторожность, Финли все равно жутко боялся. Достаточно было встретиться с кровожадным взглядом Пыра.

«Может, попробовать поговорить с ним? Если он поймет мою речь, вероятно, удастся договориться!»

— Привет! — сказал Свинодав. Изо рта вырвалось маловразумительное хрюканье. — Привет! Я — Финли. Я не хочу с тобой драться. Давай, я по-быстрому проиграю, и ты станешь победителем. Ты ведь этого хочешь?

Маленькие красные глазки Пыра смотрели все так же злобно и тупо. Если он что-то и понял, то вида не подал.

«Да уж, договориться, похоже, не получится».

— Пора начинать, Брога, — распорядился бургомистр.

Дрессировщик, как всегда вооруженный вилами, вышел в центр площадки.

Чутким свиным слухом Финли уловил, как Тинара шепнула отцу:

— Может, подождем его. Он хотел посмотреть.

— Хмм... пожалуй, — ответил градоправитель.

«Кого это они собрались ждать? Впрочем, кого бы ни ждали, лишь бы он не приходил как можно дольше!»

— А вот же и он! — обрадовался бургомистр.

Свинодав завертел мордой и увидал Гелэрда, неспешно идущего к площадке.

«Учитель! Ну наконец-то! Я понял, он хочет разыграть их. Сейчас он меня расколдует! Ха! Представляю их лица!»

Если Гелэрд и собирался расколдовать Финли, то явно не торопился. Он как ни в чем не бывало уселся в кресло подле градоправителя.

— Гляньте, старина Гелэрд, как ваш бывший питомец на вас смотрит, — заметил бургомистр. — Я бы сказал — жалобно смотрит, с надеждой.

— Какой у него умный взгляд, — добавила Тинара.

Финли стало приятно от этих слов. Но тут градоправитель отдал приказ начинать поединок.

Брога взмахнул вилами и заорал во всю глотку:

— Хр-р-рюшки, к бо-о-о-ю-ю!

Пыр пригнул башку к земле, щетина на загривке стала дыбом, хвост, увенчанный кисточкой, замолотил по бокам.

«Надо тоже так делать! — подумал Финли. — Может, тогда он испугается?»

Беда в том, что Свинодав еще не в полной мере научился управлять хвостом, да и как вздыбить шерсть на загривке, он не имел ни малейшего понятия.

Чтобы хоть как-то выказать агрессию, Финли ударил копытом в землю. И чуть было не закашлялся от поднятой пыли.

Противник не торопился.

«А ведь он тоже трусит, — понял Свинодав. — Видит, что я здоровей, вот и осторожничает».

— Хр-р-рюшки, впер-р-ред! — выкрикнул Брога.

Пыр свирепо взревел.

Финли тоже свирепо взревел. Вернее — попытался. Получилось лишь жалкое повизгивание.

Противник пригнулся, глазки злобно сузились.

«Все, он раскусил, что я — трус! Теперь — конец!»

Пыр рванулся с места с бешеной скоростью. Финли чудом успел отскочить в бок. Пыр пронесся мимо и чуть не врезался в каменную стену, затормозив копытами в последний миг и оставив в земле глубокие борозды.

«Гелэрд! — взмолился Финли. — Ну хватит издеваться! Ты уже достаточно проучил меня! Останови это!»

Тем временем Пыр разворачивался для второго броска.

Финли попятился. Сзади больно укололи.

— Уклоняешься от боя, Свинодав?! — недовольно рыкнул Брога, потрясая вилами.

«Похоже, придется испить кровавую чашу до дна!»

А Пыр уже мчался во весь опор, копыта молотили по земле. На сей раз Финли не успел отпрыгнуть, и клыки противника ударили в бок. Свинодава отбросило назад, он завизжал от боли и страха. С ужасом подумал, что бы случилось, если бы не было наклычников!

«Что же делать?! С одной стороны острые жала вил, с другой — Пыр, безжалостный убийца, который не остановится, пока не размажет меня по стене загона! В честном бою против матерого вепря шансов нет!»

Краем уха Свинодав услышал, как бургомистр разочарованно фыркнул:

— Ваш вепрь вовсе не такой... хм... свирепый...

— Надо почаще выставлять его на бои, — сухо ответил Гелэрд.

В этот миг Финли до конца осознал, что помощи от учителя он не получит. Мир перевернулся.

«Светлое Небо! Ну почему маги такие жестокие?!»

Мысли панически заметались в голове. И вдруг у Свинодава родился план.

«Лишь бы Брога не помешал!»

Меж тем Пыр готовился к новой атаке — брал грандиозный разбег, чтобы сокрушить противника раз и навсегда. Финли сделал вид, что тоже берет разбег, и отступил к стене особняка.

Пыр мчался со скоростью скаковой лошади.

Свинодав точно рассчитал момент и прыгнул вбок, ровно в тот миг, когда противник уже не мог изменить траекторию броска.

На этот раз Пыр не успел затормозить и на всем скаку врезался в каменную стену. Казалось, особняк бургомистра содрогнулся от фундамента до крыши. Посыпалась черепица, слетели потревоженные голуби.

Каким бы твердолобым ни был Пыр, но каменная кладка оказалась тверже. Его рыло буквально смялось гармошкой — и вепрь безжизненно стек по стене.

«Ну что, Пыр! Напоролся?!» — ехидно подумал Финли.

Брога кинулся к поверженному кабану. Бургомистр и Тинара тоже выбежали на площадку, даже Гелэрд подошел поближе.

— Дышит, ваша светлость! — сообщил дрессировщик, обследовав Пыра.

— Слава Небу!

— Но...

— Что «но», мор тебя забери?!

— Он сломал клыки. Справа — и верхний, и нижний! Под самый корень!

— Биться в финале не сможет?!

— Кажись, нет, ваша светлость.

— Что мне делать, Гелэрд?! Мой лучший боец сломал клыки! А ваш... хм... «подарочек» не сражается, а танцует на арене, словно подпитая кабачная девка!

— Финли — невероятно смышленый вепрь.

— Чтобы победить Харса, ему нужна не смекалка. Ему нужна кровожадность, свирепость, ярость...

— Хватит сыпать синонимами, бургомистр, я вас понял. Тем не менее вашего хваленого Пыра он победил. Причем именно за счет смекалки.

— Пожалуй, — нехотя согласился градоправитель. — Но сомневаюсь, что с Харсом это сработает!

— Посмотрим. Позвольте, я сам займусь ранами моего питомца.

Учитель достал из сумки банку с лечебной мазью и принялся смазывать раны Финли. Мазь жутко воняла, но боль постепенно начала стихать.

«Учитель, ну почему ты меня не расколдуешь?! Ты уже проучил меня на всю жизнь! Клянусь, я больше никогда не стану читать заклятия без твоего дозволения!»

— А Пыра вы подлечить не можете? — спросил бургомистр.

— Могу, но новые клыки вырастут не раньше, чем через неделю. Посему у вас только два пути: либо выставлять Финли, либо сниматься с турнира.

«Снимись, пожалуйста, снимись! Я же бестолковый!»

— Чтобы я снялся с турнира! Да ни за что! Мой дом уже несколько веков выставляет вепрей! В прошлом году Пыр был чемпионом!

Чемпион поднял смятую морду и жалобно хрюкнул. Потом с трудом встал, его пошатывало.

Брога помог ему доковылять до вольера, поддерживая за загривок.

— Эх, такой боец был, — пробормотал бургомистр. — Впрочем, Харса бы он уже не одолел, староват. Теперь вся надежда на этого...

— Не запирайте его в клетке, — сказал Гелэрд дрессировщику. — Пускай гуляет по загону... думает...

— Думает? — озадаченно переспросил Брога. Это слово было ему явно незнакомо.

— Именно, — кивнул Гелэрд и, не сказав больше ни слова, ушел.

— Странный народ эти маги, — пробормотал градоправитель.

— И жуткие, — добавил дрессировщик. — Когда стою рядом с ним, поджилки трястись начинают. Не ровен час, еще колданет чего!

Бургомистр кивнул. Потом все начали расходиться. Вскоре Финли остался один посреди пустой площадки.

«Думать? О чем? Что учитель имел в виду?! Думать о своем глупом поступке? Раскаиваться? Или искать выход?»

И тут он увидал то, чего не заметил сразу.

Гелэрд забыл сумку! Она небрежно валялась у ограды загона.

«Как никто не увидел этого? Учитель нарочно оставил ее и отвел всем глаза? Чего он хочет?»

Финли перевернул сумку рылом. Открыть ее было непросто, но старания стоили того. Внутри оказалась лечебная мазь, и самое главное — книга с заклинаниями!

«Он хочет, чтобы я расколдовался сам? Или просто издевается?! И то, и то в духе учителя...»

Финли пытался листать страницы, попеременно то рылом, то копытами. Было жутко неудобно.

«Вот оно! Нужное заклинание».

Финли напрягся, чтобы прочесть. В голове было мутно, как в болоте.

«Неужели звериное сознание начало возобладать над человеческим?!»

Учитель как-то рассказывал про перекинувшихся магов, которые слишком долго пробыли в зверином обличье и так и не смогли вернуться, остались зверями навсегда!

Финли жутко испугался и принялся читать заклинание.

Он прочитал его, наверное, не меньше сотни раз, но ничего не получалось!

— Искры не хватает, — говаривал в таких случаях Гелэрд. — Запала не хватает. Или условия для тебя не те...

«Какие еще нужны условия?! Эх, ну что я за бездарность! Похоже, быть мне свиньей до самой смерти! То есть до завтрашнего утра. Харс уже точит клыки, и на этот раз никаких чехлов-наклычников не будет!»

Финли хотел пустить слезу, но тут от безысходности у него родился великолепный план. У Финли часто рождались великолепные планы. Благодаря одному из них он теперь не говорил, а хрюкал.


Глава третья


Если бы Тинара вышла в полдень на балкон, она бы прочитала на земле загона надпись следующего содержания:

«Я — Финли, ученик Гелэрда! Я по ошибке превратился в вепря! Скажите Гелэрду, чтобы расколдовал!»

Если бы Тинара вышла на балкон...

Брога, пришедший накормить своих парнокопытных подопечных, очень бы удивился, прочитав сию надпись.

Если бы Брога умел читать...

Хрюкающее стадо пронеслось по письму Финли, как торнадо. Бедняга смотрел, как десятки копыт затаптывают его шанс.

«Наверное, не надо было писа́ть возле кормушки...»

А потом пошел унылый холодный дождь, как нельзя лучше подходящий к настроению Финли.

Нажравшиеся вепри разбрелись по вольерам, лишь одинокий Свинодав остался мокнуть под дождем.

Он так надеялся, что кто-нибудь прочитает его послание и заставит Гелэрда расколдовать его. А если Гелэрд откажется, то, может, позовут другого мага.

«Надо снова начертить надпись!»

Финли глянул на разбухшую от дождя землю, на сотни следов от копыт.

«Да кто ее теперь тут заметит?!»

Свинодав уныло опустил голову.

«За что мне это наказание?! Что плохого в том, что я мечтал стать сильным, мускулистым, внушительным?»

Он глянул на свое отражение в луже.

«Вид и правда внушительный. Вот только не совсем то, чего ты желал, кретин!»

Финли вздохнул.

«А еще, помнится, ты хотел жить с Тинарой в доме бургомистра. Молодец! Стрелой приближаешься к своей мечте — уже достиг свинарника!»

Дождь закончился. Над крышей особняка повисла радуга.

«Никогда не думал, что увижу не цветную радугу...»

Свинодав тряхнул головой.

«Долой уныние! Идея с надписью не прошла, значит, надо изобретать что-то новое! Учитель назвал меня смышленым. Почему же я придумать-то ничего не могу?!»

Финли стал прогуливаться вдоль клеток, пытаясь родить очередной гениальный план.

Пыр свирепо зыркал на него из вольера, но с обломанными клыками вид у него уже не был столь грозным.

«Стоп! А ведь это выход! Надо тоже сломать себе клыки! Тогда они не станут выставлять меня на финальный бой».

Финли вспомнил перекошенную морду Пыра, когда тот врезался в стену.

«Наверное, будет жуть как больно! Но это в любом случае лучше, чем мои кишки, болтающиеся на клыках Харса!»

Он уже хотел разбежаться и удариться в несокрушимый камень стены, но внезапно остановился.

На балкон вышла Тинара.

Финли было как-то неловко биться головой в стену на глазах у дочери градоправителя, и он решил повременить.

Свинодав улегся поудобней и, задрав рыло, стал любоваться девушкой.

«Хоть один плюс, теперь можно почаще наслаждаться ее красотой».

Тонким свиным чутьем он ощущал нежный фиалковый запах ее духов.

«Еще один плюс».

Тут на балкон вышел Мортон Гульд, и настроение Финли резко упало.

Гуард по-хозяйски приобнял Тинару, начал нашептывать ей комплименты.

Свинодав слышал каждое слово, стоило лишь повернуть мохнатые уши в нужную сторону.

«Эх, зачем я затеял все это? Ей нет до меня никакого дела! Вон она воркует с этим самовлюбленным петухом!»

Наконец Мортон закончил сыпать комплиментами и спросил:

— Кстати, а где этот огрызок, который хотел вызвать меня на дуэль?

— Не знаю.

— Готов поспорить на свою саблю, что он уже улизнул из города.

«Пари!» — вспомнил Финли.

Казалось, с тех пор прошла вечность!

«А ведь это было всего лишь вчера! Я назначил ему поединок! Вот только меня теперь ждет другой бой! Эх, уж лучше бы с Гульдом дрался!»

— А откуда он вообще взялся? — спросил гуард.

— Это ученик Гелэрда. Кажется, маг несколько раз брал его с собой на наши банкеты. А еще он передавал мне через няню любовные послания.

— Серьезно? Покажи.

— Мортон, нехорошо читать чужие письма.

— Да ладно, Тина, с каких пор ты стала такой правильной? Я одним глазком.

«Нет, ради светлого Неба! Не давай их этому ублюдку!»

— Хорошо, сейчас принесу.

Она скрылась за дверью и вскоре вернулась с листами пергамента в руке.

— «Прелестная Тинара! Я пишу это письмо кровью своего разбитого сердца!..» — громко прочел Мортон. — Ах-ха-ха! Какая банальность!

Щеки Финли под покровом бурой шерсти вспыхнули от стыда. В этот миг он готов был насадить гуарда на клыки.

— «Между нами пропасть! Ведь я не могу похвастать столь знатным происхождением, я всего лишь безродный сын лекаря...» Небо! Какой же он жалкий! «Но скоро я стану таким же могущественным и уважаемым, как мой учитель Гелэрд». Ага, скорее каварренский пескарь запоет басом!

— Мортон, может, хватит?

— Ну что ты, я только вошел во вкус... «...стройная, как ива, растущая на берегу Кавы!..» Ну что за идиот?

— Ты хочешь сказать, Гульд, я не стройная? — холодно спросила Тинара.

— Эээ... нет, ты самая стройная...

— Все, хватит, давай сюда, тут тебе не библиотека! — Дочь градоправителя вырвала письма из рук гуарда. — Знаешь, а вообще он — неплохой парень. Вот если бы он был поувереннее... чуточку посмелее.

— Посмелее?! Чуточку?! Да он труслив, как мышонок. Назначил кулачный бой, а сам исчез.

— Может, не исчез.

— Ну и где же он? До вечера этот болван должен назвать мне место поединка.

— Еще не вечер. Я в него верю.

«Она в меня верит! Я не ослышался?!»

— Что ж, даже если он объявится, завтра я его разделаю.

«К сожалению, завтра до тебя меня уже разделает Харс! Вряд ли тебе что-то останется...»

— А ты не боишься, что Гелэрду не понравится, если его ученика побьют и выгонят из города?

— Гелэрд? Плевал я на Гелэрда, — фыркнул Мортон. Он хотел показать полную невозмутимость и даже презрение, но Финли уловил в голосе опасливые нотки.

«Врешь! Учителя даже сам бургомистр побаивается!»

Гуард продолжил:

— В конце концов, его скудоумный ученичок сам предложил это пари и все его условия.

«К сожалению, это правда. Да и Гелэрду на меня наплевать!»

— Ладно, Мортон, пойдем, пора обедать.

— Точно. У меня разыгрался прямо волчий аппетит. Готов целиком съесть вон того здоровенного кабана!

— Перебьешься! Это наша надежда победить в завтрашнем финале! Кстати, его подарил отцу Гелэрд. Милашка, правда?

— Свинья как свинья, ничего особенного...

— Что ты понимаешь в бойцовых вепрях! — раздраженно бросила Тинара и скрылась в доме. Гульд как хвост последовал за ней. А Финли после подслушанного разговора еще долго стоял ошарашенный.

«Оказывается, она меня не презирает! Я ей даже симпатичен! Вот только надо быть уверенней и смелее».

Финли опустил глаза.

«Но, увы, Гульд прав — я трус!»


Глава четвертая


Сюрпризы в этот день еще не закончились. Незадолго перед ужином в загон пришли Тинара и Мортон.

— Хорошо, Тина, я готов погладить его, чтобы ты меня простила!

Финли оторопело смотрел, как Гульд приближается к нему, чтобы...

«Погладить?!»

Гуард нехотя провел жесткой ладонью по загривку Финли.

— Ну, хватит дуться, Тина! Вот, видишь, я его глажу. С удовольствием, как ты и просила.

«С подобным удовольствием ты мог бы гладить гадюку».

— Странно, Мортон, — пробормотала дочь бургомистра. — Гульды — единственная знатная семья в городе, которая не разводит боевых вепрей.

— Зато мы обожаем охотиться на их лесных собратьев! — Гуард сделал жест, будто протыкает Финли копьем.

— Эх, Мортон, Мортон... ну посмотри, какой он славный! Разве на такого можно охотиться?! Это же будущий чемпион Каваррена — Финли Свинодав!

«Потрясающе! Она месяцами не могла запомнить мое имя, когда я был человеком, но стоило превратиться в кабана, и вот, пожалуйста!»

Тинара нежно погладила Финли по голове. От смущения и удовольствия он покраснел от пятачка до кончика хвоста.

«Хорошо, под шерстью этого не видно».

— Завтра Свинодав выиграет турнир, и мы с папой будем счастливы!

— Мне кажется или он на меня смотрит как-то недобро? — заметил Мортон.

— Да, у вас какая-то странная взаимная антипатия...

Тинара раскрыла маленькую сумочку.

— Свинодав, посмотри, что у меня для тебя есть! — Из сумочки она ловким жестом фокусника вынула морковку.

«О! Неужели это моя несостоявшаяся роза!»

— Вот, съешь. Один милый, но неумелый ученик мага подарил мне ее.

«Милый!!!» — возликовал Финли.

— Милый?!! — зарычал Гульд.

— Успокойся, Мортон, ты слишком вспыльчив и ревнив.

Тинара принялась кормить Финли. Тот, жмурясь от удовольствия, хрустел угощением.

«Светлое небо! Как приятно есть с ее рук! Да и морковка вкуснючая! Хоть раз в жизни наколдовал что-то путное. Жалко, маленькая...»

— Пойду гляну, как там бедняга Пыр, — сказала Тинара, когда морковка была съедена.

Она отошла к вольеру экс-чемпиона. Гульд сверлил Финли неприязненным взглядом.

— Тупой свинтус! — прошептал он. — Когда я женюсь на ней, тебя подадут на свадебный стол.

«Надо быть смелей! Как тебе понравится вот это, Гульд?!»

Финли со всей дури стукнул копытом в зловонную лужу, и Мортона с ног до головы облило грязью.

— Ах ты мразь!

— Тихо, Мортон, успокойся! — крикнула Тинара, подбегая.

Гуард выдернул из ножен саблю.

— Я зарежу этого борова! Я пущу его на котлеты!

Дочь градоправителя повисла на его руке.

— Отцу нужен этот вепрь.

— Придется ему искать другого!

При виде искаженного яростью лица гуарда и острой стали в его руке Финли не на шутку перепугался. Он надеялся, что Тинара сможет остановить его.

— Клянусь, если ты тронешь Свинодава, я больше никогда не приглашу тебя в свой дом!

— Только ради тебя, Тина, — сквозь зубы процедил гуард, убирая саблю в ножны.

— Пойдем, тебе надо умыться и переодеться.

— Ты мне еще ответишь! — шепнул Мортон, повернувшись к Финли.


Глава пятая


Греясь в лучах ласкового вечернего солнышка, Финли вспоминал, как Тинара кормила его с рук.

«Светлое небо! Как же это было приятно!»

Ради такого он готов был остаться вепрем навсегда.

«Вот только навсегда не будет. Завтра Харс покончит со мной!»

Финли топнул копытом.

«А вот и нет! Пора раз и навсегда победить свою трусость! Победить на турнире! Победить Харса! Тинара надеется на меня! Если я выиграю турнир, бургомистр будет счастлив. И Тинара будет счастлива! А ведь я мечтал сделать ее счастливой. Разве не в этом смысл любви?»

Финли опустил голову.

«Победить! Легко сказать! Харс всю жизнь готовился к этому бою, а я хвостом махать научился буквально только что!»

Финли принялся бродить по загону и думать, думать, думать.

«Я же пока еще человек! К тому же смышленый. Так сказал Гелэрд, а уж он-то разбирается в таких вещах. У меня разум двуногого зверя — самого хитрого, безжалостного, изобретательного! А Харс всего лишь глупое животное. Надо определить его слабые места...»

К сожалению, Финли не имел об этом ни малейшего понятия. Он был сыном лекаря и нерадивым учеником мага и в вепрях разбирался не больше, чем сапожник в изящной словесности.

«Эх, вот если бы я был охотником...»

Но охотой Финли никогда не интересовался: ведь охота для мужланов, для дураков!

«И кто теперь дурак?»

Финли издал унылый хрюк. Пыр злорадно наблюдал из вольера.

«Ладно. Зайдем с другой стороны. Какие сильные стороны у меня? Чем пользуется человек, когда сражается? Оружие, латы, щит... И что же мне делать? Попросить бургомистра купить мне доспехи?!»


* * *


Финли пытался измыслить какой-нибудь хитрый способ борьбы с Харсом до самого заката, но ничего не получалось. Он вспомнил про волшебную книгу Гелэрда, которую спрятал под кормушкой. Но и там не нашлось заклинания, подходящего к ситуации.

Скрип отворяющихся ворот загона отвлек Финли от горьких мыслей. Он повернул голову и замер.

«Это еще что?!»

Брога и бургомистр вводили в ворота двух кабанов.

«Нет. Не кабаны...»

— Вот, Свинодав! Смотри, каких красавиц тебе привели! Расслабься перед боем! Тогда завтра будешь сражаться, как настоящий самец!

Финли отвернулся и уныло побрел в дальний угол загона.

Брога, бургомистр и обе кабанихи оторопело смотрели на удаляющегося вепря.

— Что это с ним?! — пробормотал Брога. — Заболел, что ль?

— Какой-то он привередливый! — отозвался градоправитель.

— А может, он однолюб?

— Интересно, кого он так любит?.. Ох, и странного же кабана подарил мне Гелэрд.

— Кстати, он придет посмотреть финал, ваша милость?

Свинодав навострил уши.

— К сожалению, нет. Я слышал, что он уехал из города.

«Уехал?..»

Финли вновь почувствовал себя одиноко и беспомощно. В глубине души еще жила надежда, что Гелэрд расколдует его. Теперь она умерла окончательно.

Учитель часто уезжал из Каваррена по делам. Но чтобы сейчас, когда он так нужен!

Финли лег под тремя смолистыми соснами, росшими в углу загона. Ему хотелось с тоски зарыться в опавшую хвою. Он так ничего и не придумал. Слеза медленно скатилась из уголка его глаза, подобно смоле, стекающей по стволу сосны.

Брога подошел к нему.

— Послушай, Свинодав. Ты странный, но ты отчего-то мне нравишься. Конечно, ты меня ни хрена не понимаешь, но такая уж у меня привычка — разговаривать со своими хрюшками.

«Ты бы очень удивился, если бы узнал, что я все прекрасно понимаю. Но толку с того...»

— Знай, Свинодав: мы с его светлостью на тебя надеемся. Жаль, шансов на победу у нас мало, в этом году у Солля очень крепкие хрюшки. Они с тобой миндальничать не будут. У Харса клыки такие, что он может пробить вот эту сосну.

Финли приподнял ухо.

— Не хотел бы я встретиться с ним на турнирной площадке, — продолжал Брога. — Будь осторожен, когда он берет разбег...

Свинодав уже не слушал дрессировщика.

У него родился очередной великолепный план.


* * *


Утром бургомистр и Брога пришли за Финли. У вольера они остановились как вкопанные и долго смотрели на своего бойца, разинув рты.

— Что это с ним, мор побери?! — наконец выдал градоправитель. — Ну Гелэрд! Подложил мне свинью!

— Прикажете отмывать, ваша светлость?

— Нет на это времени. Финальный бой вот-вот начнется!

Свинодав широко зевнул. Полночи он усердно трудился. Сначала пробивал клыками стволы сосен, росших у ограды загона. Потом обмазывал бока в липкой душистой смоле. Затем усердно точил клыки — нижние о верхние. В результате его щетина слиплась и покрылась толстой коркой смолы, что защитит не хуже доспехов, а клыки стали острыми, как сабли гуардов.

Потом Свинодав извалялся в луже, чтобы его импровизированную броню не было заметно. А то еще чего доброго, снимут с турнира. Этого допустить он не мог. Пусть он так и останется на всю жизнь кабаном, но он докажет всем (и себе в первую очередь!), что он не трус!

— Веди его, Брога! — распорядился бургомистр. — Позорно выставлять на бой такую грязную чушку. Но еще позорней вообще никого не выставить!


Глава шестая


— Дорогие жители Каваррена! — летел над ареной голос ведущего. — Сегодня вас ждет настоящий праздник! Сегодня финал! Но прежде, чем объявить двух блистательных бойцов, которые скрестят сегодня клыки, позвольте мне кое-кого вам представить! Наш славный город посетила знаменитейшая персона, один из величайших магов современности — Гунс Живот! Именно благодаря его волшебству все вы можете слышать мой голос, словно я стою прямо возле ваших многоуважаемых ушей!

Толпа разразилась бурными овациями.

Финли, находящийся в небольшой комнатке под трибунами, тоже слышал ведущего.

«Гунс Живот? Кажется, учитель что-то о нем упоминал».

Хоть в прошлой жизни Финли и не был поклонником веприных боев, но он прекрасно знал, что главная каварренская арена располагается буквально в двух шагах от дома бургомистра. Когда не было выступлений, он частенько приходил сюда, забирался на самую высокую трибуну и подглядывал в окно Тинары.

«Небо! Как же давно это было!»

Но Финли не знал, что из загона в бургомистровом дворе есть подземный ход, ведущий под трибуны арены. Брога провел его темным туннелем, и вот он здесь, ждет своего часа. Ждет, когда ведущий объявит его имя, дрессировщик откроет решетку и Финли выскочит на арену, чтобы победить или умереть.

«Лучше, конечно, победить!»

Сквозь решетку Свинодав видел часть арены и краешек противоположных трибун. Как раз тот, который предназначался для самых знатных зрителей.

Он видел Тинару и ненавистного Гульда, видел маленького пухлого бургомистра и худого жилистого старика Солля.

«А это еще кто сидит между ними на почетнейшем месте? Ах да, судя по брюху, это и есть тот знаменитый маг...».

— Целых два месяца шли бои, чтобы выявить лучших из лучших, — вещал ведущий. — В финал, как это нередко бывает, вышли вепри премногоуважаемого Рудгера Солля и нашего доброго бургомистра!

Раздались крики и аплодисменты.

— Дом Солля выставляет вепря, прекрасно знакомого нам по прошлым боям. Итак, дамы и господа, встречайте! Непобедимый Ха-а-а-арс!

Под рукоплескания на круглую арену вылетел любимчик публики. Черная, как уголь, шерсть блестела на утреннем солнце. Он был меньше, чем Финли, но его башка была огромной, как колокол в каварренской ратуше.

Харс заскакал по арене, красуясь перед зрителями.

— А вот бургомистр нас удивил. Все мы надеялись увидеть старого Пыра — прошлогоднего чемпиона! Но оказалось, что наш доблестный ветеран сломал клыки во время тренировочного боя. Бургомистр имеет право сделать замену. Он выставляет никому не известного вепря, так сказать, темную лошадку турнира. Уважаемая публика, приветствуем! Финли-и-и-и Свинодав!

— Давай, не подведи! — рыкнул Брога, отворяя решетку, и Финли выскочил под утреннее солнце.

Толпа издала дружный вздох, потом кто-то засвистел, кто-то заулюлюкал.

— Что это? — с ехидством спросил Солль бургомистра. — Новая мода? Под деревенского хряка из грязной лужи?

Его Харс был подтянутый и опрятный, даже копыта блестели.

Щечки градоправителя налились краской. Он раскрыл рот, чтобы что-то ответить, но тут ведущий заорал:

— Да начнется финальный бой!!!

Взревели трубы, замолотили барабаны. Радостными воплями отозвался Каваррен.

Харс поднял огромную башку, свирепо выставил вперед гофрированное рыло. Белые клыки сверкали на солнце — острые как кинжалы! И теперь никаких наклычников!

Финли поймал себя на том, что против воли пятится. Теперь он уже не чувствовал себя так уверенно.

«Трус, трус, трус!!!» — застучало в висках, а ноги стали ватными до самых копыт.

Главная каварренская арена была не такая, как тренировочная площадка в доме бургомистра. Землю покрывал слой мягкого золотистого песка, а еще — арена была ощутимо больше. И это было хорошо.

«Есть куда отступать!»

И главное, здесь не было дрессировщика с вилами, который мог помешать маневрам.

Финли пятился. Толпа гневно свистела, не такого финала ожидали жители Каваррена. Да и Харс такого не ожидал. Обычно вепри не пятятся, а несутся друг на друга и пыряют клыками до тех пор, пока один из них не издохнет.

Наконец Харс понял: чтобы достать врага, за ним придется побегать.

И он побежал.

Свинодав прыгнул вбок. Клыки Харса скользнули по щетине, покрытой тройным слоем застывшей смолы и одним слоем грязи. Удар, который, не будь брони, оставил бы жуткие кровавые раны, даже не пощекотал Финли. Это придало ему уверенности.

Харс удивленно пялился на грязь, стекающую по клыкам. По его мнению, по ним должна была стекать кровь.

«Получай, дружок!»

Финли ударил копытом так, что струя песка полетела в глаза Харса.

Тот замотал башкой.

— Хм... а Свинодав использует грязные приемы! — прокомментировал ведущий.

Зрители шумели.

Воодушевленный, Финли решил провернуть трюк, испытанный на Пыре.

«Проверим, насколько тут крепкие ограждения!»

Свинодав отступил к круглой стене арены и, когда Харс бросился на него, резко отпрыгнул в сторону. Но более молодой и ловкий, чем Пыр, вепрь успел затормозить и ударился в стену не с такой бешеной силой. Тем не менее Свинодав получил минуту передышки.

Пока Харс поднимался, махал башкой, стряхивая песок, и ошарашенно пучил маленькие глазки, Финли глянул туда, где сидела Тинара. Ему необходимо было получить поддержку.

Он увидел, как Гульд что-то говорит дочери градоправителя. Свинодав повернул уши в их сторону.

— Твой даритель морковок так и не объявился, — ухмылялся гуард.

— Ну и что? — раздраженно бросила Тинара.

— А то, что он трус!

«Трус!» — эхом отозвалось у Финли в мозгу.

— Такой же трусливый, как вепрь твоего папочки!

На Свинодава накатила волна ярости. Тинара что-то ответила Гульду, но Финли не разобрал. Да уже и некогда было слушать, Харс приближался. Неторопливо, но неумолимо.

Свинодав знал, что прямого попадания его броня не выдержит, она может защитить лишь от скользящих ударов.

«Что же делать?! Снова постараться, чтобы Харс врезался в стену? Не выйдет! Он — хитрый вепрь и второй раз на такую уловку не попадется».

Харс был уже рядом. В его глазах горела ярость и...

«Презрение?»

Так смотрел на Финли Мортон Гульд!

— Раздавлю!!! — заорал Свинодав. Из пасти вырвался мощный звериный рев.

Такой агрессии он не ожидал от себя сам!

Наивный, цивилизованный, романтичный Финли стремительно умирал. На его месте зарождался зверский, необузданный, безжалостный Финли.

Харс был не виноват, что родился вепрем, не виноват, что с поросячьих лет воспитывался в свирепости. Но сейчас Свинодав видел перед собой не Харса. Он видел ухмыляющееся лицо Гульда.

Финли остервенело захлестал хвостом по бокам, глаза наполнились кровожадной яростью.

Публика разразилась восторженными криками: сейчас наконец начнется то зрелище, которое рассчитывал увидеть Каваррен.

Харс почуял неладное и приостановился. Но Свинодав уже несся на него, разбрызгивая песок из-под тяжелых копыт.

Страшный удар!

Пятак ткнулся в густую шерсть, а клыки глубоко вошли в брюхо черного вепря. Вошли легко, ведь они были созданы специально для таких целей. Инерция протащила Свинодава и Харса до самой стены.

Финли рывком выдрал клыки из брюха дергающегося в агонии врага. Поднял окровавленное рыло, алые капли падали на песок.

Тишина. Толпа не могла поверить в столь неожиданный и быстрый исход.

А потом тишину нарушил голос бургомистра:

— Похоже, пора вам искать нового Харса, Солль.

И тут толпа взорвалась криками.

Финли тяжело дышал, кровь стекала по клыкам.

«Светлое небо! Неужели я окончательно превратился в зверя?!»

Солль вскочил с места и закричал:

— Это нечестный бой! Хоть мои глаза и не те, что были лет двадцать назад, но я заметил, что вы обмазали чем-то вашего вепря!

Румянец покинул пухлые щечки бургомистра, а голос стал холодным, как каварренская зима:

— Я даю вам слово, что ни я, ни кто из моих людей не делал этого. Вы сомневаетесь в моем слове, Рудгер?

— Нет. Простите, — отступился Солль.

Тут с места поднялся Гунс Живот и громогласным басом произнес:

— Я покупаю этого вепря.

— Эээ... — замялся бургомистр. От неожиданности он не смог скрыть эмоции. Ему не хотелось продавать чемпиона. Но и отказать такому уважаемому гостю он тоже не решался. — Ну, если вы так желаете...

— Да, я так желаю. Вот! — Он сунул градоправителю увесистый мешочек. — Там золото.

— А зачем вам вепрь? — спросил бургомистр.

— Я его съем, — равнодушно ответил маг.

— Эээ... что?

«Что?!!»

— Я слыхал, кто съест такого бравого кабана, сам станет столь же сильным и смелым.

Финли с ужасом смотрел на мага. Судя по его брюху, он слопал уже не одного кабана в поисках храбрости.

— Забейте его и зажарьте, — распорядился Гунс. — Я приду, когда нагуляю аппетит.


Глава седьмая


— Прости, Свинодав! Кто ж мог подумать, что так все обернется, — бормотал дрессировщик, ведя Финли по темному туннелю.

«Бежать! Бежать! — стучало в голове. — Но куда?! От мага не убежишь!»

Финли с детства боялся магов!

«Съесть кабана, чтобы стать сильным, как кабан! Что за варварские суеверия?! Впрочем, волшебники все с причудами... И учителя нет в городе! Я пропал!»

На сей раз у него не было ни одного великолепного плана!


* * *


— Папа, ради светлого Неба, не надо! Он же славный! Он же наш чемпион!

— Тиночка, я сам этого не хочу. — Бургомистр старательно прятал глаза. — Но ты же знаешь, с таким гостем лучше не связываться... Мы вырастим нового кабана, еще лучше!

Они стояли посреди загона. Бургомистр, Тинара, Брога и проклятый Гульд. А между ними беспомощный Финли Свинодав, помещенный в тесную загородку, специально сооруженную ради такого случая. Твердые прутья не давали ни развернуться, ни даже пошевелиться.

Из глаз Финли катились слезы. Пройти через все, что он прошел, чтобы в результате быть съеденным! Лишь из-за глупых дикарских предрассудков какого-то мага!

«Мор его забери!»

— Давай, Брога, — печально сказал бургомистр. — Зарежь чемпиона.

Слуга протянул дрессировщику что-то длинное и узкое, завернутое в промасленную тряпку. Внутри оказался специальный меч, предназначенный для охоты на диких вепрей.

Финли не мог оторвать взгляд от изуверского оружия. Эфес в четыре ладони длиной и штыковой клинок — настолько зловещий, что Свинодава затрясло.

Вспомнился недавний сон, который вскоре станет явью. Знатные гости, Финли на серебряном блюде, печеное яблоко во рту...

— Я дрессировщик, а не мясник! — рявкнул Брога, отталкивая меч.

— Да что с вами? — воскликнул гуард. — Свинью зарезать не можете?! Я сделаю это! С удовольствием!

— Гульд, не смей!

— Мне ведь можно, господин бургомистр?

— Да, Мортон. — И хоть в его голосе было сожаление и грусть, но Финли от этого легче не было!

— Помнишь эту лужу, свинтус?! — Мортон слегка кольнул кончиком меча в бок Финли. — Теперь ты ответишь мне за оскорбление!

Гуард занес клинок.

Весь спектр чувств как вихрь пролетел в душе Свинодава. Животный ужас, ненависть, ярость, желание жить!

«Неужели все впустую?! Неужели я напрасно победил Харса?! Выиграл турнир! И все это для того, чтобы ненавистный враг в итоге меня заколол! Так быть не должно!»

Гуард медлил, смаковал момент. Меч в его руках был нацелен Свинодаву под переднюю лопатку, за которой сердце.

От страха и напряжения Финли весь покрылся холодным потом. Только одно могло его спасти!

«Один шанс! Другого не будет! Последняя попытка!»

Ведь не зря же учитель оставил книгу с контрзаклинанием! Ведь не зря Финли прочитал его сотню раз и запомнил каждую букву!

Мортон так и застыл с занесенным мечом.

Раздался дружный вздох.

Мгновение назад в загородке был кабан, и вот уже там стоит на четвереньках нечто... В лохмотьях, испачканных смолой, песком и кровью. Ободранное и грязное, как свинья... Но уже не свинья!

— Ты?! — взревел гуард.

— Ты?! — воскликнула Тинара.

Финли заморгал — краски ударили в глаза!

«Я и забыл, что в мире столько цветов!»

Опешивший Брога машинально открыл загородку, и бывший Свинодав, пошатываясь, выбрался наружу.

«Как же они ходят на двух ногах?! Это, оказывается, не так просто!»

— Ну Гелэрд, мор его побери! — проворчал градоправитель. — А еще клялся своим именем, что не колдовал над вепрем!

— Так и есть, господин бургомистр. Я сам себя заколдовал, — с трудом произнес Финли. Говорить было так непривычно!

А еще было непривычно не видеть перед собой кончики клыков. Казалось, чего-то не хватает. И главное, все время хотелось вновь встать на четвереньки!

«Нет уж! Больше никаких четверенек!»

Действующий чемпион каварренского вепревого турнира гордо расправил плечи.

Трансформация в вепря, а затем обратно в человека внесла коррективы в организм Финли. Передние зубы, выбитые гуардом, отросли вновь; кроме того, некогда тощий ученик мага теперь прилично оброс мясом. Ведь не зря же ведрами уплетал желуди...

Глядя Мортону в глаза, Финли отчеканил:

— Ты проиграл пари, Гульд! Убирайся из Каваррена!

— Что?!

— Ты уколол меня мечом. Мы договаривались драться без оружия.

— Что?! Я не знал, что это ты!

— Это я. — Финли вздернул подбородок. — И то, что ты меня не узнал, твои проблемы.

— Не по правилам! — зарычал Мортон.

— Почему не по правилам?

— Ты должен был объявить мне место! Еще вчера, в присутствии Тины!

— Я и объявил тебе место. Вчера, в присутствии Тинары. Я же не виноват, что ты не понял. Я даже показал! Специально топнул копытом, мол, здесь, возле этой лужи. Мы сейчас как раз на месте.

Щеки Гульда побагровели, он в ярости глотал ртом воздух. Наконец выпалил:

— Ты не должен был использовать магию во время поединка!

— А я и не использовал. Во время поединка. Я заколдовал себя еще вчера утром. А расколдовался после того, как ты кольнул меня мечом. Ты проиграл!

— Да я тебя зарежу, как свинью! — заорал гуард, брызжа слюной и вновь занося клинок.

Но было поздно. Финли уже поверил в себя. После того как у него получилось расколдоваться, он ощутил себя не учеником, а настоящим магом. Тем более это заклинание он знал отлично.

Мортон оторопело уставился на свои руки. Теперь в них был не меч, а морковка!

— Он прав, Гульд, — сказала Тинара. — Ты проиграл пари. Ты меня сильно разочаровал за последние дни! Проваливай из моего дома!

Гуард бросил беспомощный взгляд на бургомистра.

Тот в ответ только развел руками.

Тут в ворота загона, как к себе домой, вошел Гунс Живот. Видимо, он уже нагулял аппетит.

— Где мой вепрь? Жарится?

— Эээ... — промычал градоправитель.

— Господин маг! Вот он! — закричал Мортон, тыча в Финли морковкой. — Это он! Надо его зажарить! По нему давно вертел плачет!

— Что за ахинею несет этот юноша? — спросил Гунс. — И почему у него в руках морковка? Он что, повар?

— Я Гуард! Но не это сейчас важно! Этот вот... он и есть тот кабан!

— Я что-то так и не понял, — пробасил Брога. — Нашего вепря превратили в парня? Или парня превратили в вепря? Или парня превратили в вепря, а потом обратно в парня?! Я что-то запутался!

— Ну все, с меня хватит! — Гунс хлопнул себя по животу. — Почему этот сосунок выставляет меня паяцем?! Вот возьму и самого его в кабана превращу!

— О ком вы, почтенный маг? — осторожно осведомился градоправитель.

— О Гелэрде, о ком еще! Он попросил меня сделать две вещи. Во-первых, купить победителя веприных боев. Во-вторых, потребовать, чтобы его зажарили. Поскольку я был должен Гелэрду услугу, пришлось согласиться на этот идиотизм! Но мне уже начинает надоедать ваш балаган!

— Зачем все это Гелэрду? — недоуменно спросил бургомистр.

— Кажется, я знаю, — сказал Финли.

— Может, просветишь нас, сынок?

— Наверное, учитель сам вам объяснит, вон он идет...


Эпилог


Они неспешно прогуливались по берегу Кавы. Три мага. Гелэрд, Гунс Живот и Финли, бывший Свинодав.

Гелэрд так и не удостоил бургомистра объяснениями. Просто забрал Финли и ушел. Бургомистр не настаивал.

Финли вспоминал прощальный взгляд Тинары, наполненный теплотой. От него на душе было легко и приятно. Финли знал, что еще не завоевал девушку, но теперь он это сделает. И никто не сможет ему помешать!

Еще он вспоминал прощальный взгляд Гульда, наполненный черной ненавистью.

Но Финли уже не боялся гуарда.

— «В стрессовой ситуации возможности мага возрастают в сотни раз! Чтобы раскрыть потенциал, тебя должно пронзить жало страха». Я правильно понял ваш замысел, учитель?!

— Более чем. Но в твоем запущенном случае жала страха было бы недостаточно. Понадобились клыки страха, меч страха и вертел страха!

— Меня могли убить!

— Я верил в тебя, Финли.

— «Верил»?! А если бы Пыр проткнул меня?!

— Ты бы умер. Но ты ведь справился.

— А если бы Харс распорол меня?!

— Ты бы умер. Но тебе ведь хватило мозгов, чтобы обхитрить глупое животное.

— А если бы меня зажарили?!

— Ты был бы съеден. Но ведь не зажарили же!

— Небо! Почему маги такие?! Жесткие, как камень!

— Потому что мягкие умирают, Финли. Ты был в шкуре зверя, теперь ты должен это понимать.

— Ваш учитель тоже над вами так издевался?!

— Спроси у него сам.

— Было дело, — охотно признался Гунс. — Неделю у меня по болоту скакал, квакая и уворачиваясь от ужей!

— Маги бессердечные!

— Теперь и ты маг, Финли.

— Что-то мне уже расхотелось им быть.

— Поверь, ты еще войдешь во вкус.


Выбрать рассказ для чтения

48000 бесплатных электронных книг