Влад Круш

Юстин

Пролог


Много лет она будет ждать его по ту сторону костра. Ждать, пока он решится.

Много лет он будет молча смотреть в огонь.

Много лет он будет одинок, озлоблен и гоним, как волк, перед которым вдруг возникают в спасительной чаще красные шелковые флажки.


Глава первая


«А кто предоставит страже беглого садовника Юстина, злодея и дезертира, тому положена награда — сто монет — за живого или мертвого».


* * *


Вот он, костер, и вот она, монетка. Когда решишься — брось ее в огонь, сказала когда-то Анита. Она явится к нему, и с этого момента они всегда будут вместе...

Юстин вертел монетку в руках, сидя перед пляшущим в камине огнем. В большом доме царила мрачная атмосфера. Над головой скрипели половицы — это его люди расхаживали по комнатам, переворачивая все вверх дном и выискивая тайники. Когда-то, всего пару часов назад, дом принадлежал купцу. Теперь бывший хозяин лежал в сарае с перерезанным горлом: он выполнял кое-какие поручения для Юса-Садовника, а потом решил его предать.

Сверху спустился Автур, ведя под руку девушку. Та, сжавшись от страха, смотрела в пол.

— Вот, пряталась... Дочь, наверное.

Юстин поднялся из кресла. Обыскивать дом не было нужды — это всего лишь способ замести следы. Уйди они сразу после расправы, юная девушка осталась бы жить, а его руки не были бы в ее крови.

Девушка тряслась от страха.

— Я ничего не скажу, — взмолилась она.

Юстин зашел за спину девушки и достал клинок. Несколько долгих мгновений он не мог решиться. Затем одним движением провел острым лезвием по ее горлу.

Придержал обмякшее, дергающееся тело и аккуратно положил на пол. В ее глазах отражалось пламя из камина. Юстин с тоской смотрел в них, пока смертельный туман не заволок зрачки. Тогда он поднялся и двинулся к двери.

На залитом лунным светом дворе стояли два коня. Юстин забрался в седло. Автур, появившийся немного позже, сел на второго коня.

— По-другому никак, — нарушил молчание Автур. — Ее жизнь могла принести много смертей среди твоих людей.

— Хватит об этом, — раздраженно отозвался Юстин. — Награбленное раздать бедным.

Это, конечно, не убавит невинной крови на его руках. Но купец уже заплатил дорогую цену за предательство. Его деньги Юстину не нужны.

Разбойники один за другим покидали дом и расходились в разные стороны. Теперь ничто не связывало Юса-Садовника с убийством — купец был просто жертвой грабежа.


* * *


Еще одна невинно убиенная душа... Каждая смерть отдаляла его от того юноши, которого любила Анита.

Его часто мучила мысль: стоит бросить монетку в огонь, и будь на небе солнце или луна — Анита придет за ним. И вся грязь и кровь этих диких лет навсегда останутся в прошлом...

Юстин лежал в темноте в тесной комнатке трактира недалеко от столицы. По стенам бегали мерзкие домохранцы. Юстин вспоминал то утро, когда они с Анитой пошли в поле, и он научил ее приманивать эльфушей. Мелкие создания с прозрачными крылышками почувствовали влюбленных и поспешили раздеть юношу, которым он когда-то был, и Аниту...

Теперь он — Юс-Садовник, ночной повелитель страны, за чью голову назначена награда. Он привык жить в лесу и редко его покидал. Но иногда дела требовали личного присутствия. За измену Юстин карал лично — потому что не желал перекладывать кровь на чужие руки, пусть даже это были руки отъявленных головорезов.


* * *


Утром из столицы прискакал с новостями Автур. Во времена Краснобрового, предыдущего князя, он был солдатом, после — дезертиром и беглецом, потом — разбойником. А позже судьба свела его с Юстином, и он стал правой рукой Юса-Садовника.

Юстин как раз завтракал кашей и черствым хлебом. Еда разбойника — странная штука: сегодня вкушаешь изысканные блюда, запивая дорогим вином, а завтра жуешь безвкусное месиво, сваренное в лестной глуши над костром.

— Стражники ищут воров, убивших богатого купца и его дочь, — сказал Автур, войдя в комнату и прикрыв за собой дверь. — О тебе ни слова.

Юстин кивнул. Автур стоял, будто чего-то ждал. Или — хотел сказать, но не решался.

— Говори, — велел Юстин.

— Прошел слух... князь Радим заплатит колдуну за то, чтобы тот вывел на твой след.

Юстин подумал о Хозяине Колодцев. Черная волна затопила разум. Против Оса он — букашка... Все заклинания и уловки, которые он выучил, для отца Аниты — смешные поделки, пыль под ногами.

Юстин усилием воли сдержал панику, не дав разрастись. Будь это Хозяин Колодцев — Юс-Садовник уже сидел бы в цепях в темнице.

— Как его зовут, известно?

— Одна горничная болтала, что месяц назад князь кричал, требуя отыскать какого-то Лива...

За окном раздался топот множества копыт — к постоялому двору приближался отряд. Автур торопливо подошел к окну, его лицо вытянулось.

— Солдаты!

Юстин тут же оказался на ногах.

Автур, наблюдающий за суетой во дворе, подал знак рукой.

— Не похоже на облаву... Скорее всего, они просто отдыхают перед въездом в столицу...

Юстин перевел дыхание и заставил себя отпустить рукоять клинка.

— Уходи, — велел он Автуру.

— А ты?

— За меня не волнуйся.

Автур бросил последний взгляд в окно, пересек комнату и скрылся за дверью. Вскоре на улице заржал конь, Автур ускакал.

За последние годы Юстин повстречал на своем пути много знахарей, заклинателей и колдунов — не таких, как Ос, но тоже кое-что умеющих. Многому он научился от деда еще до того, как стать беглецом. Кое-что выменял на услуги или купил за кругленькую сумму... В его арсенале были вещи, которые позволили ему ни разу за все годы не попасться.

Он достал из кармана пучок длинной сухой травы, с одной стороны завязанный в узел. Пристроил на макушке как парик. Теперь посторонний взгляд вместо заросшего мрачного мужчины видел старуху с седыми патлами. Трава едва заметно тлела: когда она прогорит полностью, мара развеется.

Юстин вышел из комнатки и спустился на первый этаж. Не глядя в сторону солдат, расположившихся за несколькими столами, не торопясь, соответствуя образу, пересек зал и вышел на улицу.

Несколько солдат возились с лошадьми.

Юстин прошел мимо коновязи, даже не взглянув на своего коня, — скачущая верхом старуха вызовет много удивления.

Медленно двинулся прочь. Стояла поздняя осень, деревья вдоль дороги роняли желтую листву. Когда трактир скрылся из виду, Юстин нырнул в заросли и перешел на бег.


* * *


Юстин высунулся из тесного дупла на верхушке дерева и, прицелившись, отпустил тетиву. Тут же по всей округе сверху на княжий отряд полетели стрелы. Стражники, прикрываясь щитами, умело отступили. Человек десять остались лежать, утыканные стрелами.

— Вниз! Вниз!

Разбойники торопливо спускались по толстым стволам на землю.

— Уходим, пока они не вернулись.

Автур повел отряд, который должен зайти в тыл преследователям. А Юстин с остальными рванул в глубь леса, уводя погоню за собой. Там полно заранее приготовленных ловушек, падающих деревьев, замаскированных ям с острыми кольями на дне.

Сзади поднялись крики. Солдаты сунулись в нору готовившегося к зимней спячке лешего. Крики прекратились гораздо раньше, чем рассчитывал Юстин. Рассвирепевший леший мог разорвать не один десяток человек... Значит, кто-то его утихомирил.

Юстин на бегу достал из кармана коробочку. Заговоренный комар, сонный и вялый, тонко пищал внутри нее — чувствовал колдуна.

Значит, это правда... За Юсом-Садовником послали не только солдат, которые уже много лет ловят и никак не могут его поймать.

— Быстрее! — поторопил Юстин своих людей.

Они бежали через лес, перепрыгивая и обегая ловушки. Их нагнали у оврага. Здесь завязался бой. Разбойники были свирепыми, они дрались за свои жизни; солдаты были опытными, они умели убивать и умели выживать. Автур едва не опоздал с подмогой...

Последние оставшиеся в живых солдаты бросили оружие, сдаваясь. По лесу разнесся победный крик разбойников.

Юстин, залитый кровью, с несколькими ранами, обессиленный, опустил саблю. Он поднял взгляд к синему небу, проглядывающему сквозь верхушки деревьев. Хотелось упасть и долго лежать, просто смотря вверх. Сегодня он мог умереть — уже в который раз! — но снова выжил...

Подошел улыбающийся, весь в крови, Автур:

— Мы это сделали! Побили княжих воинов!

— Это был маленький отряд, — не принял радости Юстин. Его людей погибло слишком много. Разбойники были мастерами внезапных атак, но не затяжной стычки с обученными солдатами. — В следующий раз сюда придет вдвое больше людей и добьет нас. Нужно перебираться в другой лагерь...

Он достал коробочку с комаром. Писк стоял, как прежде, колдун не умер в битве. Юстин двинулся к пленным.

— Кто из вас расскажет мне о колдуне, того отпущу.

Он внимательно осмотрел солдат. Один из них, самый молодой, не отрывал от него больших от страха глаз.

— Ты, — велел Юстин, — говори.

— Я почти ничего не знаю. Старшины говорили, что он — сильный колдун... Если бы я знал, — заторопился он, — я бы все рассказал!

— Этого мало, — обронил Юстин. — Кто хочет купить себе жизнь? Говорите!

— Никто тебе не скажет больше, — угрюмо сказал рослый бородатый солдат в годах. У него не было правого глаза, и Юстин вспомнил деда. — Мы простые солдаты. Нам сказали — вот колдун, он пойдет с вами...

— Он был с вами, когда вы пошли в лес?

— Да. Шел сзади. Куда он потом делся, я не знаю...

Солдат выдержал взгляд Юстина.

— Убивай, если решил, — прогудел он. — Мы в самом деле ничего не знаем.

Юстин подозвал Автура:

— Привязать пленных к дереву. Если люди найдут вас раньше, чем лестные звери или нечисть, — сказал он одноглазому, — считайте, вам повезло. Ваша судьба в руках случая.


* * *


— Уходи, — сказал когда-то дед Аните. В ту ночь Ос, Хозяин Колодцев, узнал о Юстине, и Анита планировала убежать с любимым как можно дальше от своего отца. Она ворвалась в их с дедом дом. — Зачем ты пришла, девонька?.. Зачем ты влюбила его в себя?.. Ты ведь знала, чем это может кончиться — для него... Зачем же ты?

Юстина держал только дед — он не мог бросить его. Не так давно была заварушка между их князем, Краснобровым, и Ушастым Звором. Краснобровый проиграл, сбежал и погиб затем в горах. Накануне войны вербовщики приходили за Юстином. Если бы не заранее приготовленная фальшивая могила... Но дед за это поплатился — вербовщики избили его палками, убили собаку и забрали все хозяйство. Он все еще не оправился от побоев... Как Юстин мог его оставить?

— Я знаю способ, чтобы ты мог время от времени к деду наведываться, — сказала тогда Анита. — Раз в неделю... Примерно.

— Так о чем же мы раздумываем?

Вышла луна, у них было по половинке закопченного стеклышка. Юстин и Анита глянули каждый в свою половинку.

Как потом выяснилось, насчет деда Анита соврала...

Как потом выяснилось, провести его через луну туда, куда она хотела, не получилось...

Они оказались во владениях Хозяина Колодца. И тот сказал, что судьба Юстина в руках случая, он кинул медную монетку: орел — смерть, решка — жизнь. Если бы монета упала ребром, Юстину и Аните разрешалось пожениться.

Монета упала решкой.


Глава вторая


Заросшие бородами разбойники деловито подхватывали добро с телег и исчезали с ношей в лесу. Многие из телег стояли с торчащими из бортов стрелами, вокруг лежали убитые стражники; кровь медленно впитывалась в дорожную пыль.

Юстин наблюдал за разграблением княжеского обоза. Радим послал своему хозяину, Ушастому Звору, военную помощь. Тот много лет назад погряз в войне на западе, ему требовались самострелы, наконечники для стрел и копей, сабли — одним словом, оружие. Сегодня все это добро попало в руки Юстина. Его растущая лесная армия тоже нуждалась в вооружении.

В последнее время между ним, князем Радимом и колдуном словно шла затянувшаяся партия в боевые пешки. Однажды одна из его ватаг отобрала доску с этой игрой у неосторожного богача, а затем старый беззубый разбойник научил в нее играть (откуда он сам умел, Юстин даже не стал спрашивать). Юс-Садовник играл хорошо и проигрывать не собирался.

Радим не рассчитывал, что разбойники окажутся в этом районе, так далеко от мест своего обитания. Он спешил угодить Звору и не стал ждать возвращения отрядов, прочесывающих леса в поисках Юса... Решил, что охраны хватит...

К Юстину подошел Генрик — косолапый детина, его шайка, недавно влившаяся в ряды лесного князя, насчитывала сорок человек, и в некоторых местах заслужила дурную славу.

— Мои люди допросили пленных, — сказал Генрик.

— Зачем? Я не отдавал такого приказа.

— Я приказал, — пожал плечами детина. — Иногда ты бываешь излишне... щепетильным.

— В следующий раз я прикажу повесить тебя на ближайшем дереве, — равнодушно предупредил Юстин. — Или ты выполняешь мои приказы, или ты против меня. Если ты против — значит, ты мертв.

Генрик не посмел спорить с Садовником.

— Раз ты подошел — значит, узнал что-то ценное, — холодно напомнил Юстин.

— Тот колдун, который на тебя охотится... оказывается, он где-то неподалеку. Он ехал с обозом, а сегодня утром остался в харчевне. Как будто знал! Уже второй раз от тебя уходит...

— Просто совпадение, — обронил Юстин. Ни к чему были слухи, что за ним по пятам следует колдун, умеющий предсказывать будущее.

— Он же колдун. Они умеют видеть будущее...

— Будущего нет, — отрезал Юстин. — Есть только настоящее.

Так сказал Хозяин Колодцев, когда бросал монетку на его судьбу.

— Тогда зачем князь его нанял?

— Радим жаждет увидеть мой труп. И для этого готов нанимать кого угодно...

Между ним и Радимом давно стояла смерть.


* * *


Ушастый Звор, победитель Краснобрового, повелел своим людям отыскать бастардов поверженного князя. Среди них, к своему удивлению, оказался и Юстин.

— ...Я хочу, чтобы на трон взошел человек, в чьих жилах течет кровь династии Краснобровых. Такова традиция; никто, даже самый умный враг, не сможет назвать нового владыку самозванцем. Законных детей у князя не было, зато, по счастью, он много оставил бастардов...

Помнится, в конце своей речи Звор спросил, кто не хочет становиться князем. Ни один не поднялся со скамьи. Юстин остался сидеть, потому что думал — если станет князем, Хозяин Колодцев не откажет ему и отдаст за него свою дочь.

Устроили состязания, кому быть новому князю.

На последнем испытании их осталось двое — Юстин и кузнец Радим. На старых немощных клячах они соревновались между собой, кто быстрее приедет к финишу. Так сложилось, что Юстин пожалел бедное животное, и это оказалось победой.

— Ты еще не князь, — сказал Ос, придя в его покои ночью после пира. — Будешь князем — завтра... Но сперва я войду в твою душу и оставлю там красный шелковый флажок. Звор заплатил мне — не деньгами, конечно... Это условие твоего княжения. Флажок в твоей душе будет нечувствителен для тебя, однако ты никогда не сможешь поступить — или помыслить — против воли Ушастого.

— Но я ведь и так буду ему верен! У меня и в мыслях не было предать его!

— Сейчас ты молод. Твои клятвы легки... и легко забываются. Флажок — вечен...

— Я не впущу вас, — сказал тогда Юстин, отодвигаясь назад.

Тогда Ос сказал, что проигравшего Радима вернут из темницы и посадят на его место, а Юстина ждет судьба остальных бастардов.

— Я не буду человеком, в чьей душе побывал чужой. Не буду убийцей своих братьев...

— Значит, ты мертв. Кузнец Радим — князь.

— Пусть так, — ответил Юстин.

Если бы не помощь Аниты, его бы казнили на следующее утро. Сам Хозяин Колодцев дал ей закопченный осколок и сказал, что Юстину угрожает смерть. Анита бросилась спасать любимого...


* * *


В обустроенный на новом месте лесной лагерь пришел мужик в латаном плаще и с усталым лицом. Он жил на хуторе на опушке леса и, когда бывал в городе, привозил с ярмарки — для себя товар, а для Юса-Садовника — новости.

— Болтают, Ушастый Звор заключил союз с новым заморским князем — наследником Лиго. Городские думают, война Ушастого скоро закончится...

Юстин кивком отпустил хуторянина. У него было чувство, будто он попал в омут, его тянет на дно, вокруг сгущается черная сила...

Понятно, чем конец войны обернется для лесного братства. В распоряжении Радима появится много вернувшихся солдат... А там и Звор может приложить руку к затянувшейся поимке беглого несостоявшегося князя — а он соперник гораздо страшнее, чем бывший кузнец.


* * *


Накрапывал холодный осенний дождь. Лестные жители разбрелись по укрытиям.

Юстин сидел в натопленной хибаре, расположившейся на дне глубокого оврага, и рассматривал деревянный футляр. Вещь, хранившаяся внутри, досталась ему за баснословную цену. Колдун, продавший ее, предупреждал, что заклинание, наложенное на содержимое футляра, из тех, которыми лучше не пользоваться никогда в жизни...

— Оно — нечестное, — сказал тогда колдун. — Если у тебя есть совесть, потом всю жизнь будешь носить это на сердце...

Юстин хранил приобретение много лет в тайнике, а сегодня достал.

На улице закаркала ворона — особым способом. Это давал знать о своем приближении Автур. Дверь открылась, и разбойник, пригнув голову, чтобы не упираться в низкий потолок, зашел. С его одежды капало. Автур снял промокший плащ и подсел к глиняной печке.

— Договорился? — спросил Юстин.

— Она будет ждать тебя, — отозвался Автур. — Ты уверен, что стоит идти в город? После нападения на обоз стражники озверели как никогда...

Юстин молча спрятал футляр в карман.

— Ради чего хоть рискуешь, можешь сказать? Если с тобой что-то... Без тебя все будет... не так.

Юстин криво улыбнулся. Он никогда не мечтал о первенстве среди разбойников. Единственное, чего он хотел, — быть с Анитой... Все остальное — страшные в своей нелепости стечения обстоятельств.

— Я подготовился, — коротко ответил он.

Автур повернул голову к вожаку:

— Твои возможности выскальзывать из, казалось бы, безвыходных ситуаций... Ты знаешь, что многие считают тебя колдуном? Откуда у тебя это?

— Дед научил...


* * *


Он долго не мог поговорить с дедом. В то время его травили, как волка, он едва уходил от одной погони, как на его след выходила следующая. Просто чудо, что он выжил.

Потом, много позже, пробрался через леса к родному двору.

Их с дедом сад, их кормилец, стоял запущенный, заросший травой. Рухнувший забор догнивал в зарослях бурьяна. Ветхий, перекошенный дом встретил тишиной, повсюду лежала толстым слоем пыль, на балках висела густая паутина. Умер ли дед своей смертью или его свел со света обозленный Радим, выяснить так и не удалось.


* * *


Страшные желтые глаза смотрели, не мигая, из кучи мокрых после дождя листьев. Юстин достал пригоршню волчьего порошка и бросил нечисти между глаз.

— Пошла прочь! — рявкнул Юстин. — Кыш!

Клубок из свалявшейся черной шерсти, по колено человеку, выскочил из кучи и на коротких кривых ножках пустился наутек. Юстин двинулся дальше, вышел на пустынную дорогу и зашагал в сторону города.

Глубокой ночью, никем не замеченный, он без стука вошел в один из домов на окраине.

Пахли сушеные травы. Плотно закрытые ставни не впускали с улицы лунного света; в полной темноте за столом сидел сгорбленный силуэт.

— Ты все-таки пришел, — сказала старая ведьма. — Не боишься, что я могу заработать сто монет?

— Кто разбогатеет на моей жизни — не успеет потратить вознаграждение.

— Я не вижу в тебе злобы, — уличила его ведьма. — Только — тоску...

— Я сюда не за этим пришел, — грубо ответил Юстин.

— Тогда запри дверь, — велела ведьма.

Пока Юстин возился с засовом, ведьма зажгла свечу на столе. У нее оказались молодые глаза — такие больше подошли бы юной девушке, а не дряхлой старухе. Она показала ему на скамью напротив нее. Юстин подошел, в тишине каблуки отчетливо стучали по дощатому полу, и опустился на указанное место.

Молодые ведьмины глаза впились в него, и Юстин осознал, что не способен отвести взгляд; не способен даже пошевелиться.

— Можешь не говорить, зачем пришел, — заговорила старуха. — Я загляну тебе в душу и все сама узнаю.

— Если ты это сделаешь, я тебя убью, — предупредил Юстин. — Моя душа принадлежит только мне, в нее никому нет хода.

В следующий момент он почувствовал, что больше ничто его не приковывает к месту. Ведьма вздохнула.

Она поднялась и пошаркала к печи; Юстин наблюдал, как она разводит огонь и ставит внутрь котелок. Красно-оранжевый отсвет ложился на стены и лицо ведьмы. Она шептала заклинания, кидая пучки трав в котелок и время от времени помешивая варево голыми руками. По слухам, эту старуху сожгли на костре еще при отце предыдущего князя... Она действительно была сильной ведьмой.

— Ну, спрашивай, — сказала она, не поворачивая головы.

У Юстина от нервов началось удушье. Вся его решимость куда-то делась.

— Я просто хочу увидеть ее, — прошептал он.

Колдовство продолжалось. Сладковатый туман затянул комнату. С потолка опустился на паутине большой черный паук, забежал в печь и сам забрался в котелок. Наконец ведьма достала из печи варево и опустила в него лицо.

Юстин сидел как на иголках. Сохранять спокойствие было невероятно трудно.

Старуха отшатнулась. Торопливо забросила котелок в печь и трясущимися руками закрыла заслонку. Внутри шипело пламя, притушенное вывернутым варевом.

— Та, которую ты мечтаешь увидеть... Ты знаешь, кто ее отец?!

Юстин вскочил со скамьи. Сердце колотилось в груди. Некоторое время он смотрел на закрытую печь, затем перевел взгляд на старуху и взял себя в руки:

— Знаю.

Выждав, ведьма осторожно открыла заслонку. Понюхала воздух и облегченно перевела дух:

— Кажется, недозволенное любопытство сошло нам с рук...

Она с интересом посмотрела на гостя.

— А ты не так прост, да?

Юстин хотел спросить за деда, но в этот момент снаружи приблизились шаги. Едва слышно скрипнула дверь — ее попытались открыть.

— Ведьма, открывай!

— Это стражники, — сказала старуха. — Не я их позвала!

— Знаю. Колдун раз за разом находит меня, он в самом деле хорош...

— Ты слишком спокойный, — заметила ведьма.

Она тоже не выглядела напуганной, но Юстину сейчас было не до этого. Он достал из кармана деревянный футляр и открыл. На мягкой подстилке хранился ледяной кубик. Дрогнувшей рукой он взял его.

— Я подготовился.

— В таком случае оставляю тебя с ними наедине. Мой час еще не пришел.

Ведьма провела в воздухе рукой, у Юстина зачесались глаза; когда он проморгался, в доме больше никого не было. В печной трубе что-то скреблось, выбираясь на крышу. Там захлопали крылья.

— Ведьма, добром открывай!

Дверь сотрясалась под градом ударов.

— Князь заплатит, — перешел к увещеванию стражник.

Юстин бросил кубик на пол и раздавил каблуком.

Спустя миг перед ним стояла точная его копия. Двойник смотрел на него холодными глазами; в этом взгляде проступала тьма, очень много тьмы. Двойник знал, кто он, и знал, что сам он — обречен. Может быть, если бы у него была свобода воли, он бы не стал помогать, а убежал и постарался бы прожить столько, сколько продержатся холода, считал бы дни до весны, ненавидел солнце... чтобы потом все равно растаять. Всякая жизнь, даже такая, стремится себя продлить.

— Я в ловушке, — коротко объяснил Юстин. — Ты должен увести их отсюда как можно дальше.

Он протянул двойнику саблю. Тот молча принял, клинок сразу покрылся инеем.

Юстин подумал, что стань он князем и помести Ос в его душу красный флажок — он был бы как эта копия. И даже еще хуже — ведь он даже не понимал бы, что им движет, принимал бы чужую волю за свою...

Дверь трещала от ударов. Юстин погасил свечу и отступил в темный угол. Дверь с треском разломилась пополам.

— Ага, попался! — крикнул кто-то обрадованно.

Двойник выскочил на улицу. Зазвенел металл.

— На этот раз не уйдешь!

Шум боя отдалился — копия вытеснила стражников со двора.

— Не упустите...

— Он убегает!

— За ним!

Кто-то завопил, давясь гневом:

— Убить!

Топот отдалился и затерялся на соседних улицах. Юстин вышел из укрытия и, не оборачиваясь, покинул город.


* * *


На следующий день к хибаре в овраге примчался взъерошенный Автур. Увидев вожака, он с облегчением перевел дух:

— Я уж думал, что это правда... Прошел слух, что в городе была схватка с самим Юсом-Садовником!

Юстин остался безучастным к новостям.

— Говорят, — продолжил Автур после паузы, — у тебя из ран вместо крови капала вода. А потом ты на глазах у всех превратился в пар и растаял в воздухе...

Юстин слушал вполуха — он думал то о двойнике, то об Аните. Его копия появилась на свет и не прожила даже часа, умерев за его, Юстина, попытку увидеть любимую хоть бы одним глазком...


Глава третья


— Я теперь буду с тобой... всегда. Он разрешил.

— Что?!

— Он разрешил. Он сказал: пусть. Он сказал, что ты ему нравишься.

— Скажи еще...

— Он разрешил. Мы будем вместе.

— Не верю, — бормотал Юстин, а теплое солнце распирало его грудь, толкалось в ребра. — Не верю... Наконец-то...

Над землянкой гулял ветер. В маленькой глиняной печке догорали угли.

— Князь ты или беглец — мне все равно, — сказала тогда Анита. — Где ты захочешь жить — мне все едино... Мы сможем убежать так далеко, где сам Ушастый Звор нас не достанет. Мы можем все, что захотим, Юстин. Мы заслужили... Давай поженимся завтра? Я дам знать моему отцу...

— Да, — сказал Юстин, чувствуя холодок в животе. — Его присутствие на свадьбе... обязательно?

— Ведь это он совершит обряд, — улыбнулась Анита.

— Какой обряд?

— Древний, самый правильный свадебный обряд... Чтобы не только в жизни мы не могли изменять друг другу, но и в помыслах не могли изменять — он войдет каждому из нас в душу и поставит там красный шелковый флажок.

После долгой беседы он сдался и сказал: мне надо привыкнуть к этой мысли. Дай мне время, чтобы я мог смириться с этим.

Поднялось солнце, и Анита ушла, печальная и задумчивая, но на прощание поцеловала Юстина и сказала: я буду ждать. Вот тебе монетка, когда решишься — брось ее в огонь...

На другой день его выследили, и начался путь, который превратил его в Юса-Садовника.


* * *


В монетке дырочка, через которую продета веревка.

Юстин не один раз задавался вопросом: не та ли самая эта монета, которую Хозяин Колодцев кидал на его судьбу?

Он много лет носил на шее свою единственную драгоценность. Когда-то давно, когда он еще не был Юсом-Садовником, а простым беглецом, его избили двое бродяг. Один из них наклонился тогда к нему, заметив выпавшую на свет монетку. Он захотел отобрать медяк; Юстин так испугался, что лишится единственной ниточки, связующей его с Анитой... Он не помнил, как убил обоих...

Сейчас Юстин сидел в глубокой яме, крытой сверху стволами деревьев и ветками. Топил просто на земле; дым уходил сквозь ветки, но немало его оставалось внутри. Он давно привык к таким условиям и не собирался их улучшать. Не сегодня так завтра все равно сниматься с места и бежать на новое.

Костер потрескивал, заполняя яму теплом. Юстин слезящимися от дыма глазами смотрел на монетку в руках.

Неужели все эти годы Анита ждет его?

А может, там, где она ждет, время стоит, и ей кажется, что они только что расстались...

А может, она слышала истории о Юсе-Садовнике и не захочет даже говорить с ним...

Снаружи хрустнула ветка. Юстин спрятал монету и взялся за саблю. Когда непрошеный гость подойдет ближе, он резко встанет — прямо сквозь ветки — и проткнет чужака...

Запоздало прокаркал условным способом ворон. Автур приподнял часть крыши и проскользнул внутрь.

— Плохие новости: Генрика словили и увезли в столицу. Этот болван напал со своими людьми на отряд стражников... К сожалению, он совал нос в наши дела, теперь из него выпытают много интересного.

Юстин ногой затоптал костерок.

— Нужно собрать людей и объяснить, как вести себя в ближайшее время.


* * *


Вдвоем с Автуром они быстро двигались через лес. У Автура на плече болтался самострел, предназначавшийся для армии Звора. Лесное братство заимело небывалое количество оружия — и в этот момент Генрик подставил их...

Между деревьями висел туман. Он становился все гуще, звуки растворялись в нем. Наконец туман стал такой плотности, будто это был дым от костра. Стволы и ветки с трудом различались на расстоянии вытянутой руки.

Юстин остановился:

— Что-то тут нечисто.

— Ты думаешь...

В этот момент из тумана прилетела стрела. Она клюнула в дерево, стоящее рядом с Юстином. Оба разбойника тут же укрылись за стволами. Автур сбросил с плеча самострел, взвел и вложил в желобок стрелу:

— Как думаешь, сколько их?

— Если б было много, они бы не прятались в тумане... Скорее всего, это колдун. Думаю, он один — хочет всю славу себе...

Юстин нащупал в кармане закопченное стеклышко. Он давно бросил попытки научиться переносить себя в другое место, просто глянув через него на солнце или луну. Но стекляшки годились не только для переноса...

Юстин торопливо накладывал заклинания.

Еще одна стрела с глухим свистом пролетела мимо. Стрелок поменял позицию и отлично их видел.

— Нас перестреляет, как зайцев, даже один человек, — сказал Автур.

Он перебежал вперед — туда, где должен был находиться стрелок. Туман поглотил его. Время шло, Юстин не знал, что Автур делает, и вообще — жив ли.

Юстин наложил еще несколько заклинаний. Он прилично рисковал — у него уже был опыт с перебарщиванием этим делом. Тогда он отделался тепловым ударом в голову...

Затаив дыхание Юстин приложил стеклышко к глазу.

Впереди сквозь туман просвечивал зловещий — с красным отливом — свет. Источник этого заклинания. Оставалось надеяться, что колдун тоже там.

Из тумана вывалился Автур. Одна стрела торчала у него из плеча, вторая из живота. Увидев Юстина, он облегченно вздохнул и повалился на бок.

— Ты... это... — прохрипел он и из последних сил бросил Юстину самострел.

Юстин подхватил оружие и сорвался с места. В дерево, где он только что стоял, встряла стрела.

Он пробежал немного, постоянно сдвигаясь, чтобы не дать невидимому стрелку прицелиться как следует.

Резко развернувшись, припал на одно колено.

Приходилось одной рукой держать стеклышко, а второй — тяжелый самострел.

Юстин прицелился в центр света и выстрелил.


* * *


— Вот мы и встретились, — сказал колдун. У него была борода, а на месте правого глаза — шрам. На этот раз он был одет не как солдат. — Снова.

Колдун сидел, привалившись спиной к дереву. Стрела торчала у него из груди. Удивительно было, как он до сих пор жив и может говорить.

— Твое имя — Лив? — спросил Юстин.

Колдун усмехнулся:

— К твоему счастью, тот, кто время от времени представляется этим именем, ни за что не возьмется за подобную работу.

— Во второй раз я тебя живым не отпущу, — сказал Юстин.

— Да уж. — Колдун посмотрел на стрелу в своей груди. — Тут ты прав.

Кажется, ему не было больно. Кровь тонкой струйкой побежала из уголка губ, он этого даже не заметил.

— Я многое вижу, — сказал колдун. — Ты никогда больше не увидишь ее.

Юстин не был готов к такому. Едва заметно он вздрогнул; затем взял себя в руки.

— Ты врешь, — ответил он. — Однажды Ос сказал мне, что никто не может прозревать будущее, даже он.

— Хочешь сказать, ты встречался с Хозяином Колодцев?

— Да.

— Ты врешь, — вернул колдун Юстину его фразу.

Тот пожал плечами — верь не верь, как хочешь... Тут Юстин вспомнил Королеву Наездников. Ведь когда-то она предсказала приход Аниты:

— Та, которую ты ждешь, скоро придет к тебе, — сказала Королева: девочка с алмазными шпорами верхом на волке...

Очевидно, что-то отразилось на его лице.

— Ты знаешь, что я прав, — злорадно улыбнулся колдун.

Юстин достал саблю. Этот разговор исчерпал себя.


* * *


Автур лежал в прежней позе, на боку, уставившись невидящими глазами в пространство.

Юстин постоял над убитым соратником. Затем развернулся и скрылся в чаще.

В ближайшее время солдаты будут с остервенением прочесывать лес. Их разъезды появятся на всех окрестных дорогах. Генрик наговорил достаточно, чтобы часть разбойников сразу попала в руки Радима, а также — тайники в лесу, схроны, затерянные в чаще, многочисленные землянки и хибары...

Юстин спешил к своим людям. Он в ответе за них, хоть они в большинстве своем и не заслуживают такой заботы. Зато он старается избегать ненужных жертв и бессмысленных убийств, чего до него никогда не было.

Прилетел собачий лай. Отряд стражников двигался со стороны лагеря...

Юстин поменял направление и перешел на бег. Бег и лес стали его вечными спутниками. Иногда ему начинало казаться — перенесись он завтра в город, стань простым горожанином, и он бы начал чувствовать себя не в своей тарелке...

Он разбрасывал заговоренные пуговицы и семена деревьев-однодневок, старое, еще дедово заклинание...

Мимо мелькали деревья и свешивающиеся тяжелые ветви; валежники, в которых часто жила нечисть; завалы. Под ногами прогибалась лесная подстилка из опавших листьев и веток.

Юстин бежал — один — через лес, погружающийся в ночь.


* * *


Под утро он сделал привал и развел небольшой костер. Достал монетку. Это был своеобразный ритуал: когда он видел огонь, всегда тянулся к медяку.

С неба опускались снежинки — первые в этом году. На носу зима: холод, голод, снег, который предательски оставляет твои следы... Зимой жизнь беглеца тяжелей всего. Люди Радима, наоборот, усилят рвение.

Все можно закончить прямо сейчас. Всего-то и нужно — примириться с ритуалом. С флажками в душах на верность друг другу...


* * *


Вздрогнув, Юстин открыл глаза. Оказывается, бессонная ночь дала о себе знать, и он сам не заметил, как, прислонившись к дереву, уснул.

Несколько долгих мгновений Юстин не мог понять, что же его разбудило. Когда понял — сердце пропустило пару ударов. Монетка выпала из ослабевших пальцев прямо в костер...

Юстин поднял глаза.

Напротив сидела Анита.

Она была совсем такой, какой он ее помнил.

Они сидели в тишине, не смея сказать ни слова, впитывая друг друга взглядами, счастливые от того, что они наконец рядом.

— Здравствуй, — тихо сказала Анита, и сердце Юстина едва не лопнуло от счастья. Он до последнего не верил, что это наяву. — Я знала, что этот день однажды настанет.

Юстин бросился к ней прямо через костер. Обхватив, вдыхал и не мог надышаться ее запахом.

— Мы можем не жениться, — сказала Анита. — Я давно это решила. Пыталась найти тебя, отец не стал мне помогать... Пыталась искать в лесу... Однажды посетила дворец Звора и расспрашивала там все, что о тебе известно... Но ты как призрак.

Анита сильнее прижалась к нему. Видимо, опасалась, что он сейчас исчезнет.

— Мы будем жить без ритуала, — сказала Анита. — Ты и я. Вдали от всех. Нам никто не нужен!

Юстин чувствовал себя дураком. Все эти годы он не мог решиться встретиться с ней — а все оказалось так просто!

— Я никогда тебя не отпущу! — сказал он.


* * *


— Что-то не так? — Анита с тревогой всматривалась в его лицо.

Они лежали на залитом солнцем островке. В двух шагах на берег накатывали ленивые волны. Повсюду, куда ни глянь, до самого горизонта не было ни единого корабля, только пара чаек в небе.

Анита поднялась и теперь стояла над ним, закрывая солнце.

— Я вижу, что тебя что-то гнетет.

— Мои люди, — признался Юстин. — Я ведь в ответе за них...

У Аниты потемнело лицо:

— Ты хочешь вернуться к ним? Снова заставить меня ждать?

— Единственное, чего я хочу, — быть с тобой.

— Тогда в чем дело? Мы вместе. Мы как никто заслужили это! Вчера ты сказал, что никогда меня не отпустишь...

Юстин избегал смотреть ей в глаза.

— Я должен вернуться на пару часов. Они в опасности из-за меня. Радим сживет их всех со свету... Я должен... Понимаешь, я должен...

Анита отвернулась, скрывая слезы.

— Делай, как знаешь... Мы наконец вместе — навсегда! Даже без ритуала... А ты снова уходишь...

Юстин приник к ее коленям.

— Еще до захода солнца я вернусь, обещаю тебе! Вернусь навсегда!


Эпилог


Стеклышко, которое дала ему Анита, не могло помочь. Тучи плотно обложили небо, вторые сутки, почти не переставая, шел снег. Люди Юстина ушли, растворились в лесу, в городах, лесная армия рассеялась, будто ее и не было. Свой долг перед лесным братством Юстин исполнил.

Теперь он уходил от погони.

Когда он позволял себе короткий сон, ему снился островок и Анита, сидящая у воды, ждущая его...

Проснувшись, Юстин с тоской осматривал небо, надеясь увидеть хоть проблеск солнца. Хоть на краткое мгновение, чтобы стеклышко перенесло его к Аните...

К вечеру второго дня погоня почти настигла его. Юстин в последний момент — прыжком — ушел в старую нору под деревом. Зарылся среди листьев, воткнул в землю пару заговоренных веток, чтобы собаки учуяли мертвого ежа, но не человека.

Стражники прошли мимо, и Юстин задышал с облегчением. Как было бы обидно пойматься теперь!

Утром заваленный снегом лес блестел на солнце. Юстин торопливо выбрался из укрытия и, чувствуя, как ликующе бьется сердце, достал стеклышко. И радость мгновенно улетучилась.

На закопченном осколке появилась трещина. Очевидно, когда он прыгнул в нору, ударился об выступающий корень...

Отчаянно надеясь на лучшее, Юстин посмотрел сквозь него на солнце. Черная волна с разбегу шибанула в голову, Юстин повалился в снег.

Обессиленный, он перевернулся и застыл, смотря в чистое синее небо.

У него больше не было ни монетки, ни стеклышка... ни единой ниточки, связывающей его с Анитой...

Когда он услышал вдалеке лай собак, привычно поднялся и побежал. Он снова был разбойником. Снова был один.

Юстин бежал по скрипящему снегу, и в голове у него билась одна лишь мысль, горькая и тоскливая: «Красный флажок! Я согласен! Согласен на... красный флажок...»

На бегу он прокричал хрипло в небо:

— Ос, я согласен! Приди и поставь мне флажок! Слышишь, я согласен!

Ответом ему был собачий лай, ставший гораздо ближе.


Выбрать рассказ для чтения

48000 бесплатных электронных книг