Далия Трускиновская, Дмитрий Федотов

Есть ли жизнь на Марсе

1


— Ну, все, приехали! — громко объявил Романов. — Мы — на опорной орбите. Высота — триста, скорость — три с половиной, вращение в плоскости экватора.

Он обвел взглядом остальных членов международного экипажа, еще сидевших в противоперегрузочных коконах. Выглядели они презабавно — из коконов торчали только головы, и оттого люди сильно смахивали на вылупляющихся бабочек.

Они все-таки долетели! Он благополучно довез всех до загадочной Красной планеты. Шутка ли — восемьдесят пять суток в абсолютной пустоте, от которой тебя защищает лишь тонкая титановая скорлупа обшивки космолета.

— Не слышу заслуженных аплодисментов пилоту, сеньоры и сеньориты! — чуть капризно продолжил Романов. На испанском, официально утвержденном для экипажа языке общения фраза прозвучала особенно высокомерно.

— О, вы неподражаемы, команданте! — хихикнула сзади Наталья Быстрова, единственная женщина-физик, сумевшая преодолеть все рогатки и препоны отборочной комиссии Международного космического центра. — Если вы так же виртуозно сможете доставить нас на поверхность и не промахнуться мимо грузового модуля хотя бы на десяток километров, я вас публично расцелую!

Сергей невольно сжал зубы. Эта женщина, которой следовало по замыслу авторов проекта стать буквально второй половинкой Романова, дабы поддержать мир и гармонию в экипаже, на деле оказалась настоящей занозой — волевой, независимой, острой на язык и имеющей обо всем свое мнение, чаще всего не совпадающее с остальными. Причем на Земле, во время полуторагодового тестирования экипажа на макете миссии, Быстрова вела себя тихоней и почти синим чулком. Это было хорошее время — маленький рай в изолированном геодезическом куполе на прокаленном морозами плато острова Девон, ландшафт которого сильно напоминает марсианский, где обкатывали почти всю будущую марсианскую технику.

Но как только «Арес» стартовал с орбитальной платформы над Тихим океаном, в девушку словно бес вселился! И ведь не заменишь, не отменишь! Пришлось почти три месяца терпеть ее подначки и остроты и с тайной завистью наблюдать за счастливыми парами китайцев и американцев. Те демонстрировали едва ли не образцовые отношения. Ну, с китайцами Сергею было все понятно: партия приказала влюбиться и жениться — они и рады, никаких сомнений. У американцев, пожалуй, отношения складывались несколько сложнее. Романов так до конца и не разобрался: то ли рыжий ирландец был приставлен опекать не в меру самоуверенную и решительную креолку, то ли она полностью подчинила его своей воле и он готов был мчаться к ней на любой чих?..

— Если сеньорита соблаговолит сидеть тихо и смирно до момента посадки модуля на грунт и не станет тыкать своими нежными пальчиками в разные кнопочки на пульте командира, то весьма вероятно, мы совершим действительно мягкую посадку в нужном месте! — Произнеся эту фразу, Сергей постарался как можно суровее посмотреть на плутовку, которая ослепительно улыбалась ему во весь рот.

— Я прослежу за сеньоритой Быстрово, — тихо сказал всегда серьезный Лю Цянминь, навигатор и гений электроники. — Можете спокойно работать, командир.

Старательные китайцы, идеально выучив испанский, стали даже имена и фамилии товарищей произносить на манер уроженцев солнечной Иберии. И Сергей всякий раз не мог сдержать улыбки, когда его называли «Серхио».

— Спасибо, дружище! — искренне улыбнулся китайцу Романов. — Итак, коллеги, начинаем отработку посадки. У вас в распоряжении примерно десять часов. Еще раз проверьте все свое хозяйство, чтобы ничего не забыть, потому что вернуться за ним не получится. Лю, пожалуйста, полный расчет траектории с известными координатами — мне на пульт через час...

Астронавты зашевелились, один за другим покинули противоперегрузочные коконы и разлетелись по корабельным отсекам. «Арес» готовился к первой встрече со знаменитым тезкой...


2


Челнок в облаке рыжей пыли медленно опустился на шесть выдвижных ног, качнулся и стабилизировался. Погасло бледное водородное пламя, гул и рев стихли. Молчание...

— Ну, вот мы и дома, — сказала через минуту Наташа.

Сергею в ее словах почудилась нотка сожаления. Он бросил быстрый взгляд на свое запястье, где рядом с циферблатом часов светилось круглое окошко «дружка» — психоэмоционального контроллера. Главным его назначением, по замыслу создателей, была оценка в реальном времени настроения марсонавта и уровня его коммуникабельности по отношению к остальным членам экипажа. Предполагалось, что устройство поможет избежать конфликтных ситуаций при решении жизненно важных задач непосредственно на планете и повысит выживаемость экспедиции в целом.

В теории все звучало убедительно, и теперь марсонавтам предстояло проверить контроллеры на практике. Обмануть же хитрое устройство было практически невозможно. Сейчас «дружок» Романова продемонстрировал желто-оранжевую палитру скрытого напряжения и недовольства по отношению к Быстровой. Только этого не хватало!..

— Лю, передаю тебе бразды правления! — поспешно произнес Сергей и с облегчением вздохнул.

На «Аресе» командиром был он, но на поверхности команду должен был возглавить Лю Цянминь, самый серьезный и ответственный человек из всех, кого знал Романов.

— Принимаю, сеньор Романо...

Лю немедленно приступил к своим обязанностям и первым делом активировал наружные системы наблюдения. Спустя минуту камеры челнока показали панораму окрестностей места посадки.

— Это что такое, сеньоры? — напряженным голосом поинтересовался Рональд Макклинток, рыжий и конопатый, как истинный ирландец.

— Это?.. — Сергей вгляделся. — Это жилой модуль, который плохо приземлился и лежит на боку.

— Серхио, его нужно будет поднять, — строго сказал Лю.

— Слушаюсь, команданте! Будет исполнено, команданте!.. — с серьезным видом откликнулся Романов и тут же развел руками. — Если удастся придумать для этого способ. Пока ничего дельного в голову не приходит...

Еще в полете команда решала, кто из них первым ступит на планету. Генератор случайных чисел выдал это счастье китаянке Чжао Сюлань. Сергею нравилось, что у китайцев до сих пор в ходу осмысленные имена. Хорошенькую Чжао по-китайски звали Прекрасной Орхидеей. Но сейчас, когда в белоснежном объемном скафандре для открытого космоса топталась в переходном тамбуре, она скорее была похожа на медвежонка.

Чжао первой спустилась по трапу и подождала Лю, который, конечно же, отправился следом, заявив, что как начальник экспедиции имеет право. При всей своей феноменальной дисциплине, эти двое иногда позволяли себе проявление истинных чувств. Вот и теперь — отправились к жилым модулям и контейнерам, взявшись за руки.

Затем Сергей помог спуститься Стасику — так он окрестил восьминогого грузового робота, предназначенного для сопровождения пеших маршрутов исследователей. Макклинток тоже смог удивить всех. Ирландец лихо спрыгнул с трапа на землю, повернулся и громко сказал:

— Рамона, красавица моя, путь свободен!

Мулатка Рамона Санчес (третье поколение кубинских эмигрантов, отличное знание английского, немецкого, классической латыни, а вот с испанским — проблемы) выглянула из шлюза, потом медленно ступила на трап, и Рон тут же подал ей руку.

Ну а Наташа проскочила перед Сергеем, чему он нисколько не удивился и потому не торопясь, даже вальяжно, спустился на поверхность последним.

До места, куда несколько месяцев назад опустился груз, шли пешком — вездеходы ждали людей в полусотне метров от контейнеров с водой и припасами. Собственно, контейнеров оказалось всего два. По расчетам центра подготовки экспедиции, их запасов должно было хватить, пока экипаж будет налаживать буровую установку и пробиваться к озерам, залегавшим под многометровым слоем грунта на марсианском экваторе. Конечно, в жилых модулях имелась специальная система для использования воды в замкнутом цикле, но она не была все же рассчитана на длительное применение, скорее представляла собой некий спас-комплект для выживания в случае катастрофы или чего-нибудь подобного.

— Так... — пробормотал Романов и покосился на «дружка» Лю.

Экран показывал сильнейшее недовольство, переливаясь всеми оттенками лилового. А чему радоваться, если один из двух контейнеров с водой, видимо, уже на поверхности, заработал метеоритный «поцелуй». К тому же приземлился он так неудачно, что практически лег на бок, а метеорит пробил его защиту аккурат под амортизационным кольцом в нижней трети корпуса. В общем, даже когда удастся пробиться к воде, контейнер все равно нельзя будет использовать. А когда удастся-то?..

Рон первым полез изучать повреждения. Контейнеры с ветрогенераторами вроде были целы, а вот с продуктами — лопнули. Собрать разлетевшиеся ящики с тюбиками и банками, конечно, несложно, они яркие, только разбросало их в радиусе чуть ли не километра. Впрочем, сие муторное занятие можно поручить Стасику. Главное, чтобы он не повредил своими стальными клешнями тару.

Перевернуть жилой модуль и поставить его на волокушу — тоже раз плюнуть. Всего-то придется изготовить систему рычагов и впрячь в нее вездеход. Но оба вездехода хорошо упакованы, их предполагалось вынуть тогда, когда будут налажены жилые модули. Из чего мастерить рычаги — пока непонятно, лишнего железа экспедиция с собой не взяла.

— Все очень плохо! — резко заговорил первым Рон, когда все вернулись в челнок и расселись по местам. — Плохо, Рамона, скажи!

— Плохо, — эхом повторила мулатка. — Продолжение миссии невозможно...

В отличие от остальных, она во время осмотра груза безучастно стояла в стороне и, казалось, ничуть не беспокоилась о дальнейшей судьбе экспедиции. Ее «дружок» — Сергей мельком увидел — светился ровным бирюзовым светом: горячая южанка была абсолютно спокойна!

— Команданте, нужно немедленно возвращаться на «Арес»! — продолжал настаивать Макклинток. — Собрать уцелевшие продукты и за два рейса челнока переправить на орбиту.

— А потом? — хладнокровно поинтересовался Лю.

— Домой, конечно! — Рон неожиданно сорвался на крик. — Неужели не ясно: экспедиция провалилась! Если останемся еще на неделю, окно старта закроется, и тогда — конец!..

Романов, наверное, удивился бы меньше, если бы заорал Стасик. Выходит, вся изматывающая подготовка на Девоне была зря?.. Покосившись на рукав Наташи, он увидел, что «дружок» мерцает в желто-оранжевой гамме: «русская амазонка» явно нервничала, хотя лицо — каменная маска. «Ну и выдержка у нее!..»

Неожиданно заговорила Чжао.

— Экспедиция не провалилась! — В голосе Прекрасной Орхидеи зазвенел металл, а ее «дружок» светился ровным изумрудным светом — уверенность в себе и готовность действовать. Ай да «цветочек»! — А пасуют перед непредвиденными обстоятельствами только безвольные и слабые!

Рональд дернулся, будто получил пощечину, побагровел и сжал кулаки. Он даже дернулся в сторону китаянки, но Романов был начеку и ловко встал у него на пути. Зато Рамона снова продемонстрировала потрясающее хладнокровие, как ни в чем не бывало продолжая разглядывать в иллюминаторе упавший грузовой модуль.

— Вы собираетесь вернуться на «Арес», сеньор Макклинток? — громко обратился Сергей к паникеру. — Учтите, как только вы это сделаете, подчиняться будете моим приказам. В полете и на орбите командир — я. А челнок — часть «Ареса»...

— И что ты сделаешь? — с вызовом спросил заносчивый ирландец.

— Для начала заблокирую управление челнока, — невозмутимо ответил Романов. — Там стоит голосовой сканер, настроенный на мои обертоны.

— Эй, сеньор, у нас демократия, не забыл? — уже спокойнее напомнил Рон. — Голосуем! Кто за то, чтобы покинуть Марс?

— У нас нет демократии, — бесстрастно заговорил Лю. — Она осталась на Земле. Когда мы на поверхности Марса, все ответственные решения принимаю я. На «Аресе» — сеньор Романо. В данном случае мое решение таково: мы остаемся.

— Мы остаемся, — тут же подтвердили Чжао и Наташа.

Сергей тоже кивнул. Он отступил в сторону и теперь внимательно наблюдал за обоими американцами. Внезапная истерика ирландца, казалось бы, легко объяснима: страх. Но чего на самом деле испугался Макклинток? Гибели экспедиции от голода и жажды? Ерунда. Вода все же есть, хоть и немного. Но это — пока. Добыть ее — вопрос времени, буровая же целехонька. Продовольствие тоже цело почти все, даже по приблизительным подсчетам его хватит на пару месяцев — вполне достаточно, чтобы собрать оранжерею и вырастить первый урожай на гидропонике. А в двух жилых куполах шесть человек разместить не проблема.

Тогда получается, ирландец беспокоится не об экспедиции и наверняка не о себе. Он боится за Рамону. Но что ей лично может угрожать? Она же вроде потомственный хилер, владеет целой кучей методик по самовосстановлению и выживанию. Скорее уж она уцелеет, чем кто-либо, если вдруг произойдет непоправимое. Не-ет, причина страха рыжего в чем-то другом!..

Романов снова покосился на американку. Красавица-мулатка сидела спокойно и безмолвно. Не возмущалась, никого не поддерживала, просто сидела. «Медитирует, наверно», — решил Сергей.

— Действуем так, — подытожил Лю. — Сначала разворачиваем временную базу — ставим один купол. Серхио, ты расконсервируешь вездеходы. Рон и Рамона, вы собираете ветрогенератор. Лаборатория подождет...


3


Сергей остановил вездеход у самого подножия горы. Собственно, и не гора вовсе — так, каменистый холм, высотой метров тридцать, не больше. А вот что там за темное пятно — слева, метрах в двухстах?..

Романов осторожно повел машину вдоль холма, и через пару минут все сомнения отпали: перед ним зиял вход в пещеру! При съемке с беспилотника входа не было видно — над ним торчал внушительный каменный козырек. Выбравшись из вездехода, Сергей вызвал базовый лагерь.

— Лю, я пещеру нашел. Как чуял, что она где-то тут притаилась! Загляну одним глазом — может быть, нам пригодится?

— Будь осторожен, Серхио. Глубоко не заходи — здешние скалы в основном из железистого песчаника, а это весьма хрупкий минерал.

— Ну, тогда я на тросе пойду. Если что, откопаете...

— Это плохая шутка, Серхио!..

Романов усмехнулся, но трос пристегнул — мало ли что? Если он провалится в какую-нибудь дыру, то сможет дать по радио приказ вездеходу, и машина его вытащит. А вот если случится обвал... Но на этот раз обошлось без приключений. А пещера оказалась настоящим подарком судьбы — большая, с высоким куполообразным сводом, практически исключающим возможность обрушения, и на редкость ровным полом, будто кто-то очень давно тщательно прошелся по нему грейдером, и теперь тут валялись только мелкие камешки на слое песка.

— Лю, с вездеходом все в порядке, тянет, как зверь, — радостно доложил Сергей, вернувшись к машине. — Я вот думаю: не использовать ли пещеру? Можно втащить в нее жилые купола, и тогда нам станут не страшны ни ветер, ни даже пылевые бури. А если пещера и дальше в глубину без сюрпризов, то можно прямо в ней поставить буровую установку. По отчету георазведки, здесь на сто миль вокруг под нами сплошное подземное море, так что без разницы, где бурить.

— Я должен сам осмотреть пещеру, — ответил китаец после долгого молчания.

— Тогда давай не будем откладывать!

— А что это за место?

— Скорее всего, остатки стены древней кальдеры. Далеко я не лазил, побоялся. Но вглубь уходит целая система тоннелей и гротов, очень похожих на земные, карстовые... А еще мне что-то не нравится погода. Похоже, приближается буря. Я возвращаюсь, Лю.

— Ждем тебя, Серхио. Постарайся побыстрее...

Романов активировал виртуальную панель управления на левом предплечье и коснулся голубоватого значка в виде капли, к губам протянулась тонкая трубочка. Вода! Два глотка: одним сначала прополоскать рот. Воду уже приходилось экономить.

Сергею удалось опередить бурю буквально на несколько минут. Когда он вошел в кают-компанию, снаружи в купол уже проник тонкий, отзывающийся в зубах вой.

Команда немедленно обступила разведчика.

— Тоннели и пещеры уходят вглубь горы, — охотно начал Сергей. — Я почти уверен, что это карстовые полости. Почти все они достаточно широкие. По ним мы легко протащим буровую установку и соберем, где сочтем нужным. Теоретически, если удастся спуститься к бывшему дну кальдеры, то до водного горизонта там окажется совсем недалеко. Этого нам хватит, чтобы спокойно провести разведку и заложить большую скважину к подземному озеру.

— А как ты представляешь себе спуск буровой установки на дно кальдеры, сеньор механик? — с ехидной улыбкой спросила Наташа.

— Как-как... — Романов, как всегда, стушевался под ее взглядом и тут же разозлился. — Нас тут трое здоровых мужиков. Вытравим страховочные тросы на полную длину, будем потихоньку отпускать... В конце концов, тут не Земля, и даже самая тяжелая деталь — роторный блок — весит в три раза меньше.

— Двое, — немедленно парировала заядлая спорщица. — Рон опять скажет, что ничего не получится.

— Скажешь? — повернулся к нему Сергей.

— Может быть, — насупился американец и отвернулся к экрану нейрокомпа.

— А чем ты сейчас занимаешься?

— Моделирую сезонные изменения атмосферы в приэкваториальной зоне...

— Подгоняет практику под теорию! — брякнула Быстрова.

Рон вспыхнул румянцем до самых корней своих рыжих волос и быстро удалился в свой отсек.

— Сеньорита Натали, вы составили геомагнитный профиль пород, из которых состоит эта часть долины Маринер? — сухо поинтересовался Лю Цянминь.

Наташа несколько секунд гневно сверлила взглядом непроницаемое лицо китайца, потом фыркнула и вышла из кают-компании. Сергей шумно выдохнул:

— Скорее бы кончилась буря. Мы с тобой, Лю, тогда быстренько бы к пещерам смотались...

— Я с вами! — как ни в чем не бывало выглянула из лаборатории Быстрова.

Романов только головой покрутил — ну, что ты с ней будешь делать! И подумал: Наташа ведь не только теоретик, специалист по физике энергетических полей, она еще два года проработала на лунной базе «Селена-1» и знает не понаслышке, что такое шахты и проходка грунта любой плотности.

— Давай возьмем ее, Лю?

Китаец молча кивнул и направился к переходному тамбуру. Романов посмотрел на Наташу.

«Дружок» на ее левом рукаве показывал чистую и незамутненную радость бирюзово-зеленых тонов. «В самом деле, — подумал Сергей, — сколько можно торчать в жилом куполе да с ее темпераментом? Поневоле начнешь на всех кидаться...»

Буря, однако, и не думала утихать. Более того, теперь порывы марсианского ветра достигали такой силы, что легко подхватывали даже крупные камни. Романов невольно порадовался, что вовремя успели поставить ангар для вездеходов.

— Я соберу паек в дорогу, — тихо сказала Наташа и исчезла за дверью кладовой. Это было мудрое решение, ведь если осматривать пещеры внимательно, то неизвестно, сколько часов там прокопаешься.

В кают-компанию вернулся Рон.

— Буря затяжная, класс «эл», — сказал он. — Я построил два прогноза, можете посмотреть. Это уже третья такая за последний месяц.

— Почему так часто? — удивился Сергей.

— Межсезонье. Южная полярная шапка быстро нагревается с приближением к точке апогея, углекислота тает и создает колоссальный градиент давления. Если бы подобная ситуация возникла на Земле, в ее плотной атмосфере, то скорость ветра там бы превысила скорость звука!

— А сколько она продлится? — спросил вернувшийся Лю. Он уже был одет в «ньюхоф», правда, пока без престиновых «крыльев» за плечами и без шлема.

— Больше суток — это уж точно.

— У нас нет столько времени. Через тридцать минут выезжаем...


4


Когда в керне обнаружили, наконец, ледяную крошку, это был праздник. Первую воду из марсианского льда, пропущенную через два биофильтра, Чжао раздавала по чайной ложечке, когда все собрались в жилом куполе, установленном перед входом в главный тоннель. Вода оказалась самой обычной, с легкой кислинкой.

— Это из-за избытка цитрата в фильтре, — объяснила китаянка. — Иначе от окислов железа не очистить...

Налаживая буровую установку, Романов не спал двое суток и вот теперь свалился. Рамона, как штатный медик экспедиции, села рядом с ним на пыльный пол пещеры.

— Сейчас я активирую контур авторегенерации в твоем «ньюхофе», — сказала она. — Закрой глаза, лежи и слушай.

В голове Сергея зазвучала тихая музыка. Так мозг воспринимал точно подобранные гармонизирующие частоты, стимулирующие восстановительные процессы в органах и тканях.

— Серхио, уже пол-литра есть! — донесся будто издалека радостный голос Чжао. — Ты молодец!..

— Не слышу заслуженных аплодисментов... — успел пробормотать Романов и отключился.

Во сне он строил в долине Маринера «ледяные дома», о которых пока все они могли лишь мечтать. Но начало положено: когда они пробьются к водоносным горизонтам, проблема будет решена...

Сергей проснулся оттого, что ощутил взгляд. Отродясь с ним такого не бывало — наверно, так Рамонина «музыка» сработала.

В пещере, кроме него, находились только американцы. Рамона сидела на каком-то ящике, привалившись к стене и вытянув ноги. Рон стоя работал на портативном погодном симуляторе. Сергей на секунду пожалел мулатку. Женщин в экспедицию взяли, конечно, тренированных, но никто на Земле и предположить не мог, какие неподъемные нагрузки их ожидают. Упрямая Наташа — и та честно призналась, что просто мечтает поспать «минуток шестьсот».

Разбудил же Сергея взгляд Рамоны. Тяжелый, давящий. Так может смотреть безумно уставший человек.

Тут же ожил коммуникатор в ухе.

— Серхио! — сказал Лю. — Мы с сеньоритой Быстрово нашли надежную пещеру. Она невелика, но жилой купол туда можно втащить, нужно только расширить вход. Расконсервируй, пожалуйста, подвески к вездеходам.

— Сейчас, командир, встану и займусь... — Романов попытался вскочить и едва сдержал стон: боль огнем опалила каждую натруженную мышцу.

Подвески лежали там же, где и весь прочий груз, — в двух часах езды от пещер. А чтобы расширить вход, понадобится горнопроходческий комбайн. В одиночку с таким весом справиться не получится. Немного перекусив галетами и мясным концентратом, Сергей попросил Рона поехать с ним.

— Хорошо, — поморщившись, сказал американец. — Рамона, я вернусь через шесть часов.

— Или через семь, — поправил Романов.

— Никуда без меня не уходи! — строго добавил Рон. — Ты поняла, Рамона?

— Никуда не уйду... — будто эхом откликнулась та, не меняя позы.

Вернулись они через десять, зато тащили с собой на обоих вездеходах и горный комбайн, и второй жилой купол, и даже бульдозерный нож. А еще — ящики с транспортерной лентой, и запасной ветрогенератор. Но самое главное — Стасика.

Лю, Чжао, Рамона и Наташа ждали их в кают-компании. Сергей, едва вошел, сразу ощутил общую тревогу.

— Сеньоры, у нас нештатная ситуация, — сказал Лю, едва мужчины сняли шлемы «ньюхофов». — Прежде чем двигаться дальше, нужно кое-что обсудить.

— Вы что-то нашли? — догадался Романов.

— Наташа прошла в боковой тоннель и обнаружила там остатки кладки. Искусственной кладки, Серхио.

— Марсиане?.. — настороженно спросил Рон.

— Нужно внимательно изучить это, — сказала Чжао. — Пока по размеру камней можно предположить, что кладку сложили существа размерами примерно с человека.

— Ну, ты — ксенолог, тебе виднее. Надо же, марсиане! Интересно, марсианочки у них тоже есть? — Сергей попытался изобразить веселье, хотя ему было здорово не по себе.

— Пойдем посмотрим, — поднялся Лю.

— Я покажу, — вызвалась Чжао.

И опять они с Лю шли — рука в руке. Романов невольно позавидовал: наверно, этот брачный союз состоялся не только по приказу партии и правительства.

Потом он подумал об американцах. У них ведь тоже союз, тоже взаимопонимание, но какое-то иное. Словно есть еще что-то, некое обязательство, особая ответственность. Только вот кого и перед кем?.. И Сергей решил при первом же случае понаблюдать, что показывают их «дружки».

— Стасик, пошли, — позвал он, и робот бодро застучал, как копытцами, восьмеркой ног. Его пустили вперед и велели включить освещение.

Втроем они спустились по узкому проходу вниз метров на пять, попали в пещеру, усыпанную мелким гравием, потом Чжао повела их в тоннель, он оказался длинным и странно изогнутым — почти идеальная дуга. Романову даже захотелось вычислить ее радиус и посмотреть, куда придется центр.

— Вот, — наконец сказала китаянка. — Любуйтесь. Кто-то заложил камнями дыру. Я просканировала: за кладкой — резкий спуск вниз. Наш безымянный строитель о красоте явно не заботился, скорее, о безопасности. Тут все же когда-то был вулкан, что случилось с жерлом — неизвестно. Может быть, оно заросло туфом, а может быть, фонит газами и токсичными испарениями?

— Ты взяла пробы для анализов? — спросил Лю.

— Еще нет. Основное оборудование для лаборатории Серхио и Рон только привезли. Когда установите второй купол, сразу займусь.

— Идем дальше, — решил Лю. — Но в связке. Пристегните карабины. Серхио, теперь ты идешь первым.

— Может, лучше Стасик?

— Он — замыкающий. Если что — нас вытащит...

Тоннель очень скоро приобрел ощутимый уклон вниз, но потом будто передумал и резко повел наверх.

— Обратите внимание: здесь везде пол необычно ровный, — заметила Чжао. — Я думаю...

— Стойте! — перебил Сергей. — Пропустите Стасика вперед! Быстро!.. Стасик, свет на стену!

Они оказались в небольшой, почти круглой пещере. И в первые мгновения никто, кроме Романова, ничего не заметил. Затем Чжао тихо ойкнула и показала рукой на ярко освещенную стену. Теперь рисунок увидели все. Собственно, не рисунок — набросок чего-то, может быть, схемы некоего механизма или даже контуры машины. В общем, на светло-желтом песчанике чья-то рука — или конечность? — провела несколько прямых и кривых линий куском бурого железняка.

— Гм... Ну да... Ну, чертежик... — пробормотал Сергей. — Непонятно чего... Ничего особенного!

Обе девушки испуганно уставились на него, потом на Лю.

— Нужна связь с Землей, — глухо проговорил тот. — Ничего не трогаем, возвращаемся.

Земляне медленно отступили, пятясь и не сводя глаз с рисунка на стене, которого здесь просто не могло быть.


5


Импровизированный военный совет получился долгий и бурный.

— Ну, почему обязательно сразу пришельцы? — возмущалась вечная спорщица Наташа. — А если это — игра природы? Вспомните, сколько таких находок было на Земле?..

Лю не прерывал ее, но очень внимательно слушал, поглядывая при этом на Рона. Тот демонстративно рисовал что-то стилосом на экране погодного симулятора.

— Давайте хотя бы прогоним изображение через аналитический блок нашего нейрокомпа, — предлагал Сергей. — Тогда и ясно будет — земное это художество или нет...

— А если это графический код? — предположила Чжао. — Он ведь может оказаться чем угодно — хоть дружественным посланием, хоть кибероружием. Введем его в нейрокомп, а он подчинит его или сожжет!..

С ней тут же согласился Рон, затем Рамона.

Романов, поразмыслив, тоже поддержал опасения китаянки и сказал:

— Хочешь мира, готовься к войне. Никто не может гарантировать, что братья по разуму в настоящий момент уже покинули Марс. У нас имеется куча всякого железа. Вопрос стоит так: что из этого можно использовать как оружие?

— Ты прав, Серхио, — согласился Лю. — Мы не воины, но обязаны подстраховаться.

— Значит, сворачиваемся? — с опаской спросил Рон.

— Надо поискать место, откуда эти пришельцы проникли в пещеры, — сказал Сергей. — Может быть, там найдутся другие... артефакты, и мы поймем, с кем имеем дело. Кто пойдет со мной в разведку?

— Я! — первой вызвалась Наташа.

— Нет, я, — возразила Чжао. — Сеньорита, кто из нас ксенолог?.. Рон, вот как раз для тебя хорошее задание.

Романов понял, что имеет в виду китаянка: ирландец обладал врожденным чувством синестезии — способностью видеть энергетические поля в цветовом диапазоне. Он мог здорово пригодиться в поисках других артефактов.

Рон обернулся, чтобы встретиться взглядом с мулаткой.

— Чжао права. Действуйте! — разрешил Лю.

— Пусть с нами пойдет Рамона, — заявил Рон. — Рамона, скажи...

— Да. Я могу пригодиться, как медик, — сразу согласилась та.

— Хорошо. В разведку идут Рон, Чжао и Рамона, — подвел итог Лю. — Нужно объехать кратер на вездеходе и найти другой вход в пещеры. Два часа на еду и отдых, потом выдвигайтесь.

Сергей хотел было возразить, но не стал. Он видел по лиловому мерцанию «дружка» на рукаве китайца: командир чем-то сильно озабочен, и это не обязательно находка артефакта. Видел Романов также, что Лю закрылся и не желает общения. Это была загадка едва ли не более опасная, чем чьи-то каракули на стене карстовой пещеры. В конце концов, челнок всегда наготове, можно вернуться на «Арес» и доложить начальству о форс-мажорных обстоятельствах. Нет, Лю был озадачен чем-то другим!..

Сергей проверил, как работает буровая установка, добывающая все новые порции ледяной крошки, проконтролировал фильтры.


Разведка вернулась неожиданно быстро.

— Мы нашли вход со стороны плато, — доложил Рон. — Других нет.

— Чжао, идем. Я хочу сам осмотреть вход, — распорядился Лю. — Может быть, лучше будет его взорвать. Сеньорита Быстрово, назначаю вас своим заместителем!

Определенно, американцы не внушали ему доверия. Впрочем, Сергей и сам без нужды не стал бы к ним обращаться. «А ведь это плохо, — сказал он сам себе. — Нас готовили как команду. На деле же — первый форс-мажор, и вместо сплоченной группы — сборище эгоистов...» Он решил, что полезно будет высказать эти соображения командиру: лучше перестраховаться, чем потом получить что-нибудь похуже истерики Рональда.

Китаянка первой вышла из пещеры и вдруг закричала:

— Сеньоры, вездехода нет!

У Сергея даже в ушах зазвенело.

— Чжао, немедленно возвращайся! — мгновенно сориентировался Лю. — Серхио, стоять! — почти рявкнул он, потому что Романов уже шагнул к выходу. — Чжао, ты где?..

Она не отвечала долгую минуту, показавшуюся всем чуть ли не вечностью.

— Лю, Серхио, я осмотрела всю площадку... Думала, мы забыли отключить питание... Но вездеход действительно исчез!

— Этого не может быть! — не выдержал Сергей, снова устремляясь наружу.

— Вызывай робота и активируй его систему наблюдения, — приказал ему Лю. — Какой идиот...

Он не договорил, но Романов понял: «какой идиот отправил экспедицию на Марс совершенно без оружия?..»


6


О том, что на планете могут присутствовать живые организмы, люди знали еще в начале века: периодические колебания концентрации метана в атмосфере наводили на мысли о бактериях. Но представить себе бактерии, угоняющие вездеход, да еще ведущие его очень аккуратно, к плато, покрытому древним вулканическим туфом, Романов не смог...

Он активировал Стасику программу поиска искусственных объектов и теперь принимал на монитор телеметрию с его видеокамер. Поначалу широкие рубчатые следы колес на пыли были довольно отчетливы, но, когда началось каменное плато, пропали.

Тогда Стасик получил новое задание: изучить все, что похоже на следы, в радиусе километра. Он двинулся по спирали, включив режим кругового обзора, и транслировал подозрительные кадры на искины скафандров Рона и Лю.

А Сергей снова задался вопросом: что из всей имеющейся у них техники можно использовать как оружие? Были заряды для точечных взрывов, в навесное снаряжение Стасика входили ультразвуковой сканер, алмазный бур и даже портативный горнопроходческий лазер. Еще были дроны — небольшие и верткие; если их перепрограммировать, они, наверное, смогли бы прицельно сбрасывать взрывчатку... А из несущих конструкций поврежденного жилого купола можно даже попробовать собрать примитивную катапульту, благо крупных камней тут хватает...

— Серхио! — прервал его боевые фантазии Лю. — Посмотри, что нашлось.

На мониторе Романов увидел след — очень необычный и совершенно невозможный здесь, на Марсе. Это был характерный след от горного мотоцикла. Сергей в юности серьезно увлекался экстремальным спортом, в том числе и гонками на горных мотоциклах. Как и следовало ожидать, на плато след тоже терялся. Но до этого он шел почти параллельно следам угнанного вездехода!

— Сеньор Макклинток, готовьте к работе дроны, — приказал Лю. — Если эти существа ездят на колесных машинах и в состоянии угнать чужой вездеход, то, возможно, они похожи на нас.

— Но, если они крадут чужую технику, что может помешать им подстрелить дроны? — возразил Рон и тут же принял официальный вид. — Сеньор Лю Цянминь, мы, Рональд Макклинток и Рамона Санчес, представители Соединенных Штатов, считаем, что с данного момента экспедиция прервана по форс-мажорным обстоятельствам!..

— И что предлагают представители? — сердито перебил его Сергей.

— Вернуться на «Арес», конечно! Причем незамедлительно. Рамона, скажи, что ты об этом думаешь?

— Согласно части второй договора о сотрудничестве в рамках международного проекта «Арес», ни один из членов экспедиции не может подвергать риску свою жизнь, — процитировала Рамона безучастным тоном. — Также согласно части третьей договора, никто из членов экспедиции не вправе рисковать техникой и оборудованием, приданным экспедиции для исследовательских целей. Дроны — это исследовательское оборудование. Ввиду сложившихся обстоятельств...

— Достаточно, Рамона. Серхио, включи связь! — потребовал Рон. — Мы должны доложить руководству...

— Что мы должны доложить? — перебил его Лю. — Что сбежали и даже не попытались узнать, с чем имеем дело? Не попытались вернуть похищенную технику, которой не имеем права рисковать?.. Серхио, ты отвечаешь за передатчик. Никто с этого момента не имеет права самостоятельно выходить на связь с Землей без моего разрешения!

— Устанавливать контакт с внеземным разумом — не наша задача! — возмутился Рон. — Мы на такое не подписывались! Рамона, скажи!

— Обнаружение активно действующего разумного фактора является форс-мажором, и, согласно пункту девятому общей инструкции, мы должны немедленно свернуть все работы и вернуться на «Арес»! — проговорила мулатка уже знакомым Сергею «деревянным» голосом.

«И ведь так каждый раз, когда рыжий просит ее подтвердить его слова! — внезапно пришло ему в голову. — Какая у нее прекрасная память на всю эту бюрократию...»

— Мы не имеем права рисковать своими жизнями! — продолжал разглагольствовать Макклинток.

— Мы не имеем права рисковать своими жизнями, — эхом подтвердила Рамона.

— И мы должны немедленно сообщить обо всем в Центр подготовки экспедиции!..

— Хорошо. Мы свяжемся с Землей... когда я сочту нужным, — невозмутимо подытожил Лю. — А пока, сеньор Макклинток, вы с сеньором Романо — готовьте дроны.

Сергей в глубине души понимал, что Рон прав: нештатная ситуация, признаки разумной деятельности, возможность конфликта — и самодеятельность тут опасна. Но, тем не менее, доверял он не «правильному» американцу, а насквозь прагматичному китайцу. Он ясно видел: командир знает нечто важное, может быть, решающее, о чем пока не хочет говорить.

Дронов экспедиции выдали столько, что хоть каждый день запускай и теряй. Маленькие и шустрые, они уже были опробованы в марсианской атмосфере, но пока на небольших расстояниях. Вредный ирландец демонстративно отказался от участия в их подготовке к полетам и передал Романову ключи активации. Сергей пожал плечами и отправился на временный склад. Там он выбрал четыре «Шмеля», задал им векторы полета и сел с пультом на выступ скалы, забравшись как можно выше и подальше от остальных, чтобы спокойно руководить поиском.

Внизу американцы продолжали воевать с китайцами и Наташей, а Сергей уже вел своих «Шмелей» над черно-красными скалами и желто-рыжими песками.

Следы колес то появлялись, то исчезали. У Романова появилась реальная возможность поразмыслить над накопившимися подозрениями по поводу странного поведения американцев. У Лю, кстати, похоже, тоже имелись в их адрес определенные сомнения. Но в чем же дело?


Дроны неожиданно запросили более высокий эшелон для расширения радиуса обзора. Они приближались к давно потухшему вулкану, от которого остался довольно высокий кратер. Следы колес похитителей явно вели туда.

«Шмели» взмыли сразу на две сотни метров вверх, зависли над кратером, и Сергей невольно охнул. Там, в глубине кальдеры, поблескивал круглый купол немалого диаметра — метров семьдесят, а то и больше. Купол, местами припорошенный красноватой пылью, был непрозрачен, а опустить дроны в кальдеру Романов не рискнул — края кратера создавали серьезные помехи в радиоуправлении. Тогда Сергей включил режим инфракрасного сканирования и охнул вторично. Оказалось, что под куполом — целый поселок! Светящиеся в тепловом диапазоне кубики и сферы вполне могли быть жилыми и складскими помещениями.

И Романов дал команду дронам возвращаться.

Новость была настолько ошеломляющей, что сообщать ее всей команде Сергей побоялся. Хотя земляне после угона вездехода и были готовы к подобному сюрпризу, все равно — первая реакция могла стать непредсказуемой, особенно у американцев. Романов вызвал Лю по закрытому каналу.

— Вот теперь самое время связаться с Землей, — предложил он китайцу.

— Сначала нужно обработать данные съемки и сканирования. Попытаемся получить хотя бы приблизительный портрет этих угонщиков, — упрямо возразил Лю.

— Ты почему-то не хочешь включать передатчик, командир. Может, обсудим это?

— Верно, не хочу. Но сейчас нет времени на обсуждение.

— Полагаю, у тебя есть для этого очень веская причина...

— Конечно. Слезай вниз и сажай дронов подальше от пещеры. Вынимай кристаллы записи и — прямиком в лабораторию.

Когда Сергей вернулся в жилой купол, спор все еще не утих, и оставалось только удивляться упорству Рона и хладнокровию Лю.

— Мы не можем идти на контакт без санкции руководства проекта! — Макклинток почти кричал. — Мы должны сообщить все данные, а на Земле пусть принимают решение.

— Ситуация вышла за рамки нашей компетенции, — вторила ему Рамона. — Контакт не входит в задачи экспедиции, но делает невозможным выполнение основного задания. Следовательно, экспедиция должна быть немедленно свернута...

Сергей посмотрел на ее «дружка» — так и есть: полное спокойствие. Чжао, во всем поддерживающая Лю и уверенная в его правоте, разволновалась не на шутку. Наташа, когда Романов появился в кают-компании, сразу подошла к нему и встала рядом, а ее «дружок» показал сильное внутреннее напряжение и беспокойство. Тогда Сергей рискнул взять «амазонку» за руку и, к своему изумлению, получил ответное пожатие!

— Кого нашел?.. — тихо спросила она. — Что молчишь? Сильно страшно, да?.. Двухголовые монстры?.. Разумные рептилоиды?.. Космические зомби?..

Романов не ответил, но встал так, чтобы ей был виден экран его «дружка». Она посмотрела и поджала губы — поняла, что время для шуток и подколов закончилось, все слишком серьезно.

— Внимание! — громко прервал Лю перепалку. — Есть два варианта наших действий. Рон и Рамона за то, чтобы немедленно вернуться на «Арес» и ничего не делать без санкций с Земли или вовсе вернуться. Мы, я и Чжао, за то, чтобы поднять в воздух больше дронов и продолжить наблюдения. Русские, насколько я их знаю, тоже захотят остаться.

— Контакт неизбежен, — убежденно сказал Сергей.

— Это почему еще? — возмутился Рон.

— Должны же мы вернуть вездеход. Имущество казенное, мне за него отвечать. Ты знаешь, сколько он стоит?

— А знаешь ты, сколько... — Ирландец вдруг осекся.

— Продолжай, Рон, — потребовал Лю.

Тот явно растерялся, будто едва не сболтнул лишнее, однако быстро справился с собой и перешел в наступление:

— А ты представляешь, сколько стоят наши «ньюхофы», исследовательское оборудование, системы жизнеобеспечения куполов?.. Все, что возможно, мы заберем на «Арес», остальное, включая вездеходы, придется законсервировать и оставить на Марсе. По-моему, это разумно. Рамона, скажи!

— Мне привести расчеты? — спросила мулатка.

— Я сам умею делать расчеты, — жестко сказал Лю. — Вот мой приказ. В ближайшие двое суток мы никуда не двигаемся, только ведем наблюдение. Дальше — решаем по ситуации...


7


Два дня — это слишком мало, чтобы приступить к серьезной работе, и чересчур много для ожидания в неизвестности.

Наташа Быстрова, опытный специалист по физике энергетических полей, даже не успела за этот срок распаковать и отладить свое оборудование. Лю Цянминь по тем же причинам не мог приступить к опытам по клонированию нанитов в марсианских условиях. Чжао Сюлань имела возможность обследовать только окрестности базы, но там для ксенолога не нашлось больше ничего интересного, кроме непонятного рисунка на стене маленькой круглой пещерки. Рисунок все-таки сфотографировали во всех возможных диапазонах, снимки загрузили в нейрокомп, но его аналитический блок до сих пор так и не выдал конкретного результата — одни предположения. Рон без конца что-то моделировал на своем метеорологическом симуляторе. Хотя он и был опытным оператором беспилотных аппаратов, к дронам его Лю не подпускал. А Рамона часами сидела в своем боксе, забывая даже выходить поесть. Чем она у себя занималась, так и осталось загадкой, по крайней мере, для большинства членов команды.

Один Сергей был загружен работой по самую макушку. Забравшись на самый край кальдеры, он руководил полетами дронов и обрабатывал собранную ими информацию. Правда, имелось у него еще одно, секретное от остальных дело: посоветовавшись с Лю, он втихаря собирал из небольших зарядов, предназначенных для пробивания шурфов, примитивные взрывные устройства и одно уже заложил у входа в пещеру со стороны плато. Растяжка, будучи задетой незваными гостями, гарантированно похоронила бы всех, наглухо завалив проход. А земляне организованно смогли бы отступить по запасному пути и выбраться через пещеру с рисунком...

— Движение! — механическим голосом сообщил «Шмель» номер восемь. — Направление — северо-восток, удаление — девять километров, скорость — пятнадцать километров в час.

Романов отложил очередной кумулятивный заряд и уставился на монитор. Дрон показывал тускло блестящую букашку, ползущую среди песков. Сергей увеличил картинку и сразу опознал украденный вездеход.

— «Кто ищет, тот всегда найдет!..» — пропел он и вызвал командира: — Лю! Слышишь меня?.. Подключись к внешнему видеоканалу! Быстрее!..

— Интересно, кто там внутри? — полминуты спустя произнес невозмутимый китаец.

— Выясним! Догоним на втором вездеходе и перехватим.

— Ты авантюрист, Серхио.

— Ничуть. Мы возьмем с собой Стасика. Высадим его в подходящем месте по курсу воришек, и он устроит им небольшую аварию. Тем ребятам придется вылезти, чтобы разобраться в ситуации, а мы издали посмотрим, с кем имеем дело.

— Неплохой план. — Романову почудилась усмешка в голосе командира. — Осталось объяснить роботу, что он должен испортить технику.

— А, черт!.. — Сергей даже расстроился немного. — Забыл!..

Перед тем, как получить в свое распоряжение Стасика, ему пришлось изучить инструкцию величиной с процессуальный кодекс российско-китайского содружества. Робот, как ему и полагается, не имел права причинять вред людям и механизмам. Единственный вариант — если бы человек, находясь в вездеходе, оказался в смертельной опасности, и другого способа его спасти не имелось, как только вскрыть кабину. Приказом мог послужить, в самом кошмарном случае, сигнал «дружка», обнаружившего, что хозяин без сознания. Тогда включался искин Стасика — не слишком сложный, но способный справиться с ситуацией.

— Придется что-то придумать, — пробормотал Романов, больше для себя, чем для командира. — Причем быстро!..

Он вызвал на связь Наташу. На этот раз Быстрова не стала ехидничать и острословить. Сразу уловив суть проблемы, она подключилась к искину Сергея, и они за четверть часа сотворили нечто сомнительное, но вполне работоспособное. Показали свое творчество китайцу.

— И как это работает? — с сомнением поджал губы Лю.

— По идее, это — «червь», — развел руками Романов. — Он настроен на блокировку команд запрета.

— То есть, пока ваш «червь» действует, наш единственный робот будет вести себя как терминатор.

— Ну, в общем, да...

— У «червя» встроен код самоуничтожения, — поспешила уточнить Наташа. — Он связан с внутренним таймером. То есть «червь» имеет очень ограниченный срок жизни, минут двадцать.

— Значит, вся операция должна уложиться в двадцать минут?

— Да...

— Хорошо, — сказал Лю. — Действуйте. Надеюсь, ваша авантюра не будет иметь серьезных последствий. И поторопитесь, а то придется гнаться за нашими ворами за сотню километров.

Когда русские уже сидели в вездеходе и выясняли, кто ведет машину, а кто управляет дронами поддержки, подошла Рамона.

— Лю приказал, чтобы я ехала с вами, — сообщила она и уселась на заднее сиденье, рядом с Сергеем, уже уступившим настырной напарнице место водителя.

— А зачем? — удивилась Быстрова.

— Не знаю. Я могу управлять дронами. А если понадобится медицинская помощь...

— Ладно. Некогда спорить, — махнул рукой Сергей. — Поехали, Наташа.

— Уж лучше бы Чжао взяли. Вдруг там все-таки рептилоиды? Ксенолог нам бы пригодился!..

Около часа они лихо мчались по каменным россыпям и песчаным наносам, заходя по широкой дуге в лоб украденному вездеходу. Когда до расчетной точки оставалось не более километра, Сергей высадил на поверхность Стасика и активировал программу-«червя». Робот несколько мгновений топтался на месте, словно не зная, что предпринять, но потом развернулся и пошел на перехват приближающейся машины.

Те, кто сидел в украденном вездеходе, конечно, заметили над собой дронов, а потом — и погоню. И приняли единственно верное решение: вернуться на свою базу под куполом в кратере вулкана.

Уже само то, что марсианские воришки очень скоро разобрались с управлением и оборудованием вездехода, сильно озадачило Сергея. Они разогнали вездеход до максимальной скорости, пытаясь оторваться от преследования. Но восьминогий Стасик, неожиданно вынырнув из-за обломка скалы прямо перед ними, заставил угонщиков резко повернуть налево.

У воришек была возможность проехать по самому краю расселины, будь у них чуть побольше опыта, но они не справились с тяжелой машиной, и вездеход, соскользнув с каменного ребра, завалился в расселину боком. Она была приличной глубины, метров десять, и Романов ужаснулся при мысли, что теперь придется как-то вытаскивать оттуда несчастную машину.

— Наташа, руководи Стасиком, «червь» у него уже сдох, а я пошел, — сказал он, откидывая верхний люк.

— Сережа, стой! — Она впервые за время экспедиции назвала его по имени, но сейчас Романову было не до психоанализа. — А если там действительно рептилоиды?!

— Судя по действиям в экстремальной ситуации, угнанной машиной управляют существа, обладающие психикой, сходной с человеческой, — сообщила с заднего сиденья Рамона.

— Вот! — поднял палец Сергей. — Медицине видней... А еще у Стасика клешни есть. Не хотелось бы, конечно, чтобы первый в истории контакт завершился членовредительством...

Наташа фыркнула, но спорить не стала.

— Пойдешь со мной, — сказал Сергей мулатке. — Мало ли что...

Рамона молча выбралась наружу. Экран «дружка» на ее рукаве показывал оранжевую гамму настороженности и беспокойства. Сергею и самому было не по себе, но нужно было срочно разобраться, кто же застрял в упавшем вездеходе...


8


Однако на деле все оказалось не так-то просто. Вездеход лежал почти вверх колесами, хорошо был виден нижний люк, но никаких признаков жизни угонщики не подавали.

— Наверно, они напуганы, — сказала Наташа, которая наблюдала картинку через дрона, зависшего над расселиной. — Давайте спрячемся! Может быть, тогда они вылезут?

Стасика отозвали, велели укрыться за грудой камней, дрон посадили на верхушку ближайшего холма, вездеход загнали в низину.

— Еще красную ковровую дорожку расстелить и оркестр добавить, — проворчал Сергей.

Наташа хихикнула. Американка промолчала.

Некоторое время в расселине было тихо. Потом у Романова кончилось терпение.

— Рамона, аккуратно зайди справа, загляни и доложи обстановку, — попросил он. — Наташа, будь готова поднять дрон, чем черт не шутит!..

Идти мулатке до расселины было шагов двести. Но на полпути она вдруг остановилась.

— В чем дело? — спросил Сергей, но ответа не получил. Рамона продолжала стоять, слегка пригнувшись, будто подружейная собака над подстреленной куропаткой.

Быстрова, тоже озадаченная странным поведением американки, подняла дрон, и его камеры показали: в расселине пока ничего не происходит. Однако что-то все же испугало Рамону.

Сергей вспомнил, что мулатка — потомственный хилер, знает сложные и не всегда объяснимые техники погружения в транс. Может быть, она ввела себя в такое состояние, чтобы выйти на связь с похитителями вездехода?.. Но тогда это — неоправданный риск с непредсказуемыми последствиями! Романов связался с дроном и навел его камеру на рукав Рамоны. Вот тебе на! Ее «дружок» полыхал кроваво-красным, сигнализируя о смертельной опасности.

— Рамона, немедленно назад! — приказал Сергей.

Девушка, будто и впрямь очнувшись, развернулась и быстрым шагом направилась к своему вездеходу.

— Романов! — вдруг завопила Наташа на весь эфир. — Они лезут!

И точно, камеры дрона зафиксировали, как люк в брюхе угнанного вездехода откинулся и оттуда появилась сначала конечность в бирюзовом рукаве, потом — голова в таком же бирюзовом шлеме. А спустя мгновение Сергей невольно воскликнул:

— Батюшки, гуманоид!..

— Свяжись с Лю! — нервно потребовала Наташа.

— Нештатная ситуация, — напряженным голосом произнесла Рамона. — Необходим запуск протокола безопасности по уровню «А». Нам следует немедленно вернуться в лагерь и поставить в известность руководство...

— Да погоди ты! — азартно оборвал ее Романов. — Успеем еще удрать. Лучше посмотрим, что будет дальше.

А дальше было вот что. Бирюзовый гуманоид огляделся и принялся вытаскивать из вездехода своего товарища. Видимо, при падении машины тот сильно ушибся или ударился головой, во всяком случае, движения его выглядели неуверенными. Кое-как оба утвердились на днище вездехода и теперь явно разглядывали край расселины в нескольких метрах над собой.

— Они сами оттуда не выберутся, — сказал Сергей. — Нужно послать на помощь Стасика.

— Они могут решить, что робот их атакует, и применить оружие, — возразила Наташа. — У них наверняка есть оружие.

— Почему же тогда они не подбили хотя бы один дрон? — усмехнулся Сергей. — Нет у них никакого оружия!.. Сейчас отправлю Стасика, и он спустится к ним...

— Ну да, и они сразу догадаются, что нужно сесть на него верхом! — Быстрова снова была в своем репертуаре.

— Ты права, — не стал спорить Романов. — Он встанет на краю и спустит к ним трос.

— Это плохая идея, — вмешалась Рамона. — Необходимо задействовать протокол безопасности...

— Вот если бы у нас было хоть какое-нибудь оружие... — сказала Наташа.

— Оружие у нас есть, это Стасик.

— Но у него — запрет причинять вред живым существам...

Однако до сражения дело не дошло — невезучие воришки решили воспользоваться спущенным к ним тросом с петлей.

Опыта скалолазания у них почему-то не оказалось. Когда пришлось одолевать каменный козырек, первому марсианину это удалось, а второй, пострадавший при падении вездехода, крепко приложился шлемом о стенку расселины и обвис в петле, видимо, потеряв сознание. Стасик выволок бесчувственное тело наверх и замер в ожидании новых команд. Первый же марсианин, видимо, тоже растерялся и теперь топтался рядом с товарищем.

— Рамона! — в отчаянии воскликнул Сергей.

Но мулатка уже была возле пострадавшего. Она осмотрела его и доложила:

— Шлем поврежден. Ему нечем дышать.

Сергей выругался: только не хватало погубить марсианина! Он лихорадочно обдумывал ситуацию, но Рамона сообразила быстрее. На ней был легкий «ньюхоф» с кислородным баллоном вместо престиновых наплечников. В одно мгновение мулатка отсоединила баллон с редуктором и склонилась над марсианином. Как ей удалось подключить свой редуктор к шлему марсианина, Сергей не понял.

Было не до рассуждений — ведь мулатка-то оказалась без кислорода! Он побежал к вездеходу, вытащил запасной кислородный комплект и помчался к расселине. Там уже была Наташа, но она словно окаменела. Девушка с ужасом смотрела на американку, удерживающую одной рукой редуктор, а второй зажимавшую треснувший шлем марсианина. И при этом ее «дружок» сиял как солнечный зайчик, показывая, что хозяйка уверена в себе и контролирует ситуацию.

Сергей быстро подключил баллон к шлему Рамоны, и только теперь мулатка глубоко и облегченно вздохнула.

— Все в порядке, — сказала она. — Серхио, помоги донести его до вездехода. Я буду поддерживать его шлем.

Романов осторожно поднял марсианина на руки — он показался ему совсем легким. Его приятель топтался рядом, не выказывая беспокойства, будто понял смысл действий землян. Сергей улучил момент и заглянул в окошко шлема пострадавшего.

— По-моему, это люди, — изумленно произнес он. — Но как они сюда попали?!

— Скорее, подростки, — не менее удивленно отозвалась Быстрова, поддерживая ноги марсианина. — Ты посмотри, как на них сидят скафандры!.. Штанины и рукава подхвачены под коленями и локтями... Они им явно велики!..

— Да и на скафандры это мало похоже... Стратосферные комбезы — вот это что! — Сергей от возбуждения почти кричал. — Лет тридцать назад в таких летали пилоты орбитальных челноков!.. Что же получается? Эти ребята родились на Марсе, что ли?! Раз им не досталось экипировки по размеру?..

— Откуда здесь люди? — повторила Наташа, когда все благополучно забрались в вездеход. — А, Романов?..

— Нужно установить с ними связь, — сказала Рамона. — Если ответят, значит, они действительно с Земли...

Но из этой затеи ничего не получилось. Как Сергей ни колдовал с рацией, частотный диапазон, на котором работала техника «марсиан», нащупать не удалось, а на языке жестов землян никто общаться не учил.

— Слушай, Романов, — вдруг тихо произнесла Наташа, когда американка снова занялась пострадавшим, — ты в курсе, сколько времени Рамона продержалась без кислорода?

— Ну, пару минут. А что?

— Не-ет!.. Пять с половиной!

— Круто! Наверное, она прошла специальную анаэробную подготовку. Кто их, хилеров, разберет... А вот как объяснить этому марсианскому воришке, что нужно сесть в вездеход и поехать с нами?..

— Думаю, дело не только в анаэробной подготовке... — с сомнением вздохнула Наташа. — Эх, была бы тут Чжао, она бы догадалась, как установить с ними контакт!

— Контакт, говоришь?.. — задумчиво произнес Романов.

Он позвал Стасика и вынул у него из гнезда телескопическую трость для съемок в труднодоступных местах. Выбрав участок поверхности, покрытый ровным слоем песка, Сергей написал «2 × 2 = ...», положил рядом трость и отошел. Тогда марсианин, помедлив, поднял трость, и на песке появилась цифра «4».

— Они все-таки с Земли! — воскликнула Наташа.


9


— Я не предполагала, что новый язык может сформироваться так быстро, — изумленно докладывала Чжао. — Вот посмотрите: пока удалось идентифицировать примерно треть слов как английские, хотя их произношение вызывает полное недоумение — никаких правил фонетики! Чуть меньше половины составляют голландские слова, но тут я не очень уверена, поскольку и сам голландский язык испытал сильный дрейф в сторону нижненемецкого... Ну а примерно четверть слов вообще не подходит ни к одному известному мне языку! Такое впечатление, что их придумали уже здесь, на Марсе. Одних только уточнений по силе и продолжительности пылевых бурь я насчитала восемнадцать!..

— Ничего себе — винегрет! — покачал головой Сергей. — С чего бы такое смешение?..

— Пока не могу сказать, но думаю, скоро мы это узнаем от наших гостей.

Марсиане оказались старше, чем можно было подумать.

Рамона, сделав ряд биометрических тестов, дала им лет восемнадцать-двадцать, но добавила, что расти они больше не будут — эпифизы всех костей скелета оказались закрытыми. А если верить этим юношам, родились они на Марсе.

— Чжао, спроси еще раз, когда и откуда прибыли на Марс их родители? — велел Лю.

— Они снова скажут то же самое, командир, — ответила ксенолог. — Если увязать название с голландским, получится что-то вроде «веррадер», то есть — предательство. Если же с английским, то корень «вердж» означает — грань, край, граница.

— Хотел бы я знать, зачем им понадобился наш вездеход? — буркнул Романов. — Рамона, что там с ПЦР-анализом и прочей химией?..

— ДНК земная, с незначительными аберрациями во второй и восьмой парах. Есть отличия в составе ферментов дыхательной цепи митохондрий. Индекс насыщения гемоглобина кислородом...

— Короче, пюре из цветной капусты с говяжьим фаршем им подходит, — резюмировала Быстрова.

Пострадавший в расселине юноша, назвавшийся Ганполом, как раз принялся за второй тюбик с котлетой по-флотски. Он уже полностью пришел в себя. Другой гость, Орген, под наблюдением взъерошенного Рона изучал интерфейс нейрокомпа, с помощью которого Лю надеялся установить более тесное взаимопонимание с «аборигенами».

— Может быть, все же стоит попробовать выйти на контакт со взрослыми... э-э... марсианами? — предложил Сергей. — Посадим ребятню в вездеход, пара часов — и мы на месте.

— И какой прием ты ожидаешь там встретить? — ехидно поинтересовалась Наташа. — Оркестр и красную дорожку?..

— Да они же нам благодарны будут за возвращение чад!

— А если эти «чада» — местные преступники? Вдруг они сбежали из заключения и скрываются от местного правосудия?.. Для этого и вездеход наш угнали, чтобы легче было удирать от погони!

— Тебе бы детективы писать, а не формулы! — не выдержал Романов.

— Сеньоры, — повернулся к ним Макклинток, — не сочтите за навязчивость, но мне кажется, теперь самое время выйти из радиомолчания и сообщить, наконец, Земле все наши проблемы, включая и эту, — кивнул он на Оргена, азартно что-то рисующего пальцем на экране нейрокомпа.

— Пока не внесем ясность в ситуацию, считаю доклад на Землю преждевременным, — сурово оборвал его Лю.

— Ну, с чего вы взяли, что Земля не даст вам разрешения продолжить начатое? — взорвался ирландец. — Да у них просто не останется выбора...

— Тогда зачем сообщать? — прищурился Романов.

— А я объясню зачем, — спокойно продолжил китаец. — Может быть, кое-кто не в курсе, но координационный совет Центра более чем наполовину состоит из сотрудников, назначенных туда директорами «Колумбуса», «Биг трэвел лимитед» и еще парой-тройкой им подобных транснациональных корпораций со штаб-квартирами в Вашингтоне и Лондоне...

— Ну и что вы хотите этим сказать, сеньор Лю?

— Только то, что вы, сеньор Макклинток, по всей видимости, тоже являетесь таким сотрудником. А возможно, и сеньорита Санчес.

— Это возмутительно! — Рыжий ирландец принял вызывающую позу. — Вы намекаете на то, что мы с Рамоной — шпионы «Колумбуса»?!

— Почему нет? — пожал плечами Сергей, незаметно подвинув поближе увесистый вольфрамовый сердечник от разобранного им гироскопа дрона. — «Колумбус» владеет едва ли не половиной всех глубоководных шахт в Тихом и Атлантическом океанах и вряд ли откажется от шанса завладеть еще и месторождениями руд на Марсе. Так что посылка шпиона в составе международной экспедиции — неплохой вариант...

— Ну, и кто из нас после этого детективщик? — тихо поинтересовалась у него Быстрова.

— Заявляю официально, — желчным голосом объявил Рон, — что не являюсь сотрудником или шпионом вышеперечисленных корпораций! Я — штатный метеоролог Международного центра космических исследований. Рамона, скажи!..

— Рональд Макклинток и я, Рамона Санчес, приняты на официальные должности метеоролога и врача общей практики Международного центра космических исследований в июне 2031 года, — с готовностью сообщила мулатка.

— Да «Колумбусу» вообще наплевать на космос, если уж на то пошло! — Ирландец заметно приободрился.

— Откуда такая уверенность? — спокойно возразил Лю. — Зачем же тогда эта корпорация десять лет назад выкупила остатки активов компании «Спейс Икс» Илона Маска?..

— Погоди-ка, командир! — насторожился Сергей. — «Колумбус» купил «Спейс Икс»... Ага! Я, кажется, понял! Проект «Столетний корабль»... Мой дядя по отцу записался туда добровольцем, но не прошел по здоровью. Его в семье еще долго «марсианином» дразнили. Большой был чудак — согласился на дорогу в один конец...

— Значит, та экспедиция не погибла?! — изумилась Наташа. — Ух ты!..

— Выходит, так, — резюмировала Чжао. — Я читала архивы... Полет должен был длиться 195 дней, связь с ковчегом утеряли на сто восьмой день, автоматическая обсерватория на Фобосе отчего-то его проворонила. «Спейс Икс» объявила, что на ковчеге разладилась вся навигация и он ушел неведомо куда. Компания даже не попыталась что-то сделать, только выплатила семьям пропавших страховку...

— Это не доказывает, что наши гости — потомки тех переселенцев, — покачал головой Лю.

— Тогда вот тебе еще одно доказательство. Два смешанных языка — английский и голландский. А к полету как раз готовили две группы — американцев и голландцев.

— Если все обстоит действительно так, — медленно произнес Сергей, — нам придется выйти на связь с Землей. Судьбой этих людей должны заниматься соответствующие компетентные органы...

— Да, но не корпорация «Колумбус»! — оборвал его Лю. — А она не преминет перехватить инициативу, как только узнает о них. Хотя бы для того, чтобы избежать международного скандала. Ведь многие родственники на Земле этих людей, получивших билет на Марс в один конец, живы до сих пор. Когда они узнают, что экспедицию объявили погибшей, даже не пытаясь найти, поднимется грандиозная шумиха! Так что, Серхио, твоя задача прежняя: никого и близко не подпускать к передатчику.

— Будет сделано, — вздохнул Романов.

Он не считал себя разбирающимся в большой политике, но прекрасно понимал: если «Колумбус» будет всеми силами скрывать, что экспедиция, отправленная авантюристами из «Спейс Икс», уцелела и все эти годы не получала помощи, то в первую очередь в опасности окажутся те, кто способен рассказать правду: Лю, Чжао, Наташа и он сам. Причем уже оказались! Командир действительно прав: американцы явно имеют отношение к «Колумбусу» — не прямое, так косвенное. И что они теперь предпримут?..

Рамона — медик и потомственный хилер, специалистка по аутохимеризации. Она может вводить больного или раненого в особый транс, при котором восстанавливаются поврежденные органы. В экспедиции такой мастер незаменим. Но что может ей помешать поменять плюс на минус и заставить своих противников заняться саморазрушением? Особенно, если прикажет Макклинток.

Ведь, кажется, уже всем ясно: мулатка не подчиняется командиру, она делает только то, что скажет рыжий ирландец...

— Командир, нужно посоветоваться, — решился Сергей. — Насчет того вездехода...

— Говори, Серхио.

И тут Романов грубо нарушил первое правило экспедиции — перешел на родной язык. Он знал, что многие китайцы учат русский, и был уверен, что Лю его поймет.

Сергей постарался изложить свою мысль коротко — настолько, что американцы, даже если бы сообразили, не успели бы сделать запись. Так и получилось. Рон и Рамона еще переглядывались, а Лю уже улыбался.

— Ты прав, Серхио, — сказал он по-испански. — Я знаю, что нужно сделать. Сеньориты Натали и Чжао, собирайтесь! Завтра с утра вы, я и сеньор Романо едем вытаскивать из расселины вездеход.

— Вчетвером? — удивилась Быстрова.

— Именно вчетвером, — веско уточнил Сергей. И сказал настолько выразительно, что заядлая спорщица лишь хлопнула ресницами и кивнула — молча!

— Сеньор Макклинток, вам и сеньорите Санчес поручаю подготовить нашу временную базу к возможной эвакуации на место посадки челнока, — сухо добавил Лю в ответ на удивленные взгляды американцев.


Ночью Романов с командиром наполнили контейнеры вездехода едой и водой, а потом Сергей тайком перенес в машину блок связи нейрокомпа базы.

Однако утро преподнесло землянам сюрприз.

У входа в пещеру стояла небольшая армия в знакомых бирюзовых комбезах орбитальных пилотов. Почти все аборигены восседали на своих странных «горных» мотоциклах.

— Думаю, у второго выхода из пещер нас тоже ожидают, — медленно произнес Лю.

— Можно не сомневаться, — тихо откликнулся Романов, стараясь спиной прикрыть обомлевших девушек. — Обрати внимание на их технику! Судя по конструкции, эти монстры на электрической тяге, аккумуляторы и сзади, и по бокам...

— За детками своими пришли... — пробормотала сзади Наташа.

Вчерашние угонщики, видимо, все время поддерживали связь с родственниками. Казалось, только что Ганпол спал на запасном матрасе в кают-компании, а Орген сидел рядом и опустошал тюбики с овсяной кашей и котлетами, и вот уже оба бегут к выходу из пещеры.

— Серхио, задержи их! — приказал Лю.

Романову удалось поймать не до конца проснувшегося Ганпола, но Орген все же убежал.

— Командир, гости, кажется, вооружены, — предупредила Наташа, осторожно выглянувшая из пещеры. — У некоторых в руках какие-то трубы...

— Ничего удивительного, — пожал плечами Сергей, придерживая за шкирку притихшего «марсианина». — За четверть века вполне можно было сварганить что-нибудь типа гранатомета. Но выходить я бы сейчас поостерегся — черт знает, что у них на уме!

— Выйти придется, — решил Лю. — Сюлань, — он впервые при всех назвал жену по имени, — сейчас ты возьмешь за руку Ганпола и выведешь его наружу. В другой руке у тебя будет один из контейнеров с продовольствием. Пройдешь ровно двадцать шагов, поставишь контейнер, отпустишь мальчишку и медленно вернешься назад.

— Хорошо, Цянминь... — эхом откликнулась Чжао.

Лю добавил что-то по-китайски, девушка кивнула, и тогда он ее обнял!

— Командир, давайте пойду я! — воскликнула растроганная Наташа.

— Нет. Сюлань маленькая, ее не обидят. А ты высокая, — покачал головой китаец.

Действительно, даже рядом с похожим на подростка Ганполом Чжао выглядела девчонкой.

Китаянка вывела юного угонщика за руку и пошла к «марсианам» медленно и спокойно. Она поставила контейнер на камни, отпустила руку юноши и не спеша двинулась обратно.

Сергей почти физически ощутил напряжение, исходившее от командира. Лю был неподвижен, но что творилось в его душе, Романов догадался именно по этой каменной неподвижности.

«Мир или война? — пронеслось у него в голове. — Сейчас все решится...»

И решилось!

Ганпол вдруг бросился за Чжао, схватил ее за руку и повел к своим сородичам. Орген вывернулся из-за спины ближнего «мотоциклиста» и сбегал за контейнером с продовольствием. Подхватив его левой рукой, правой он замахал землянам. Этот жест мог означать одно: идите сюда!

— О, боже, сколько же их?! — раздался испуганный возглас за спиной Романова.

Макклинток с выпученными глазами стоял напротив выхода, а руки его шарили на поясе «ньюхофа», словно пытаясь отыскать несуществующую кобуру. Рядом с ним изваянием застыла мулатка — лицо ее оставалось бесстрастным, но «дружок» на рукаве скафандра пылал огненно-красным: «тревога!»

— Думаю, человек пятнадцать-двадцать, — прикинул Сергей. — А что тебя удивляет?..

— Все пропало!.. — бормотал ирландец, не слушая его. — Они нас прикончат!..

— С чего ты взял?

— Им нужны наши ресурсы, техника... Мы все — покойники!..

Романов открыл было рот, чтобы рявкнуть на паникера, но тут Лю неожиданно произнес:

— Сеньорита Быстрово, вы остаетесь в пещере! Будете с нами на связи. Рамона, красавица, следуй за мной!..

Сергей опешил: никогда еще сдержанный Лю не делал ни одной женщине таких комплиментов. Но удивительнее было другое. Когда Рон попытался удержать Рамону и обхватил ее за плечи, она стряхнула рыжего ирландца, как котенка или мартышку!

Макклинток упал, а мулатка поспешила за командиром, даже не обернувшись.


10


Изначальный план Романова, поддержанный Лю, заключался в том, чтобы завладеть обоими вездеходами, потом отправиться к поселку в кратере и попробовать договориться с «марсианами» о сотрудничестве, и только затем вернуться на базу и нейтрализовать американцев. Без средств связи и без транспорта они были бы вынуждены согласиться на условия остальных — работать по планам экспедиции до ее завершения и сделать открытый доклад для руководства Центра космических исследований, честно рассказав о своем задании. По мнению Сергея, огласка и признание лишили бы смысла любые дальнейшие действия американцев.

Но появление «марсиан» резко изменило ситуацию. Теперь агент «Колумбуса» — неважно кто, Рон или Рамона, — получил весомый козырь: форс-мажор в связи с обнаружением большой группы гуманоидов, представляющих потенциальную опасность для членов экспедиции. Тот факт, что гуманоиды идентифицированы как бывшие земляне или их потомки, ничего не менял, даже более того — только усложнял положение. Требовалось принять немедленное и неожиданное решение, чтобы не дать агенту повернуть дело в свою пользу. И Лю такое решение нашел: властью командира разделил очевидных противников, забрав с собой одного из них.

Когда отъехали от пещер на десяток километров, Лю сделал знак Романову — перейти на запасную частоту и включить индивидуальный канал связи.

— Что еще случилось, командир? — обеспокоенно спросил Сергей.

— Мало времени. Нужно прояснить ситуацию, — заговорил китаец. — Если коротко — меня еще на Земле поставили в известность, что в составе экспедиции летит агент корпорации «Колумбус» с заданием: помешать успешному выполнению миссии. Я убедился, что ты не являешься агентом...

— Спасибо за откровенность! Ну, тогда и я поделюсь своими соображениями. По моим наблюдениям, агентом корпорации является все-таки Рамона Санчес. А ирландец ее страхует, отвлекает от нее внимание своими истериками и нелепыми требованиями. У Санчес — железные нервы и выдержка, она прекрасно ориентируется в вопросах юрисдикции и права, хотя в команде выполняет обязанности медика... В общем, думаю, агент — именно Рамона. Я почти уверен, хотя...

Сейчас Сергею следовало бы четко доложить о своих наблюдениях и подозрениях.

Факт первый: Рональд окружает Рамону сверхзаботой, буквально пылинки с нее сдувает, старается уберечь ее от любой мыслимой опасности. Ну и что? Вполне нормально для влюбленного мужчины. Факт второй: Рональд неоднократно, при малейшей потенциальной опасности для себя и Рамоны, пытался инициировать прекращение экспедиции и возвращение на Землю. Это можно было бы списать на гипертрофированный инстинкт самосохранения, если бы не полуторагодичная тренировка на заполярном диком острове в Канаде, где условия выживания сложились ничуть не менее трудные и опасные, чем теперь на Марсе. Факт третий: несмотря на происхождение, Рамона Санчес ни разу не продемонстрировала свой горячий южный темперамент, наоборот, в целом ряде критических с эмоциональной точки зрения ситуаций она проявила удивительную холодность и даже равнодушие к происходящему. И наконец, факт четвертый: в эпизоде спасения марсианских воришек мулатка продемонстрировала необычные навыки, свойственные больше сотрудникам спецподразделений, нежели гражданским медикам...

— Уверенность — похвальное качество, — сказал Лю. — Но пока остаются хоть малейшие сомнения, нужно быть готовым к неожиданностям. Я взял сеньориту Санчес с собой, чтобы их избежать...

— Ну, правильно. Если она — агент, то обязательно попытается нам помешать завладеть вторым вездеходом.

— Думаю, у нас все получится, — загадочно закончил разговор китаец и отключил закрытый канал связи, перейдя на общий.


У них все получилось. Вернее, получилось почти без их участия.

Где-то на полпути к застрявшему вездеходу кавалькада «марсиан» свернула в сторону, направившись в поселок. Чжао, после недолгих споров с Лю, поехала с новыми знакомыми. А трое землян двинулись дальше — выручать несчастную машину. Они не без труда нашли расселину — пейзаж вокруг не располагал к ориентированию, оставаясь до тошноты однообразным, а взять дрона люди в спешке забыли.

Пришлось Романову снарядить на поиск вездехода Стасика, задав роботу цель: искать большую металлическую массу. Стасик не сплоховал и быстро обнаружил пропажу. Правда, сначала он привел хозяев к полузасыпанному кратеру, на дне которого торчала черно-бурая оплавленная глыба, оказавшаяся железоникелевым метеоритом.

— Я спущусь вниз, — сказал Лю, — и закреплю тросы, а вы соберите пока лебедку. Думаю, на малых оборотах мы не спалим двигатель и вытянем машину не спеша. Рамона, идем.

— Я помогу, командир. — Мулатка решительно направилась к расселине с мотком троса на плече.

Сергей и китайцем переглянулись, и Романов сказал:

— Осторожнее там. Склоны рыхлые, возможен оползень!..

— Будем страховать друг друга, — отозвался Лю и тоже подошел к провалу.

Вдвоем они спустились к вездеходу и принялись закреплять тросы с двух концов машины, пропуская их через крепежи внешней подвески — больше цеплять все равно было не за что.

Потом Лю скомандовал «вира!», Сергей запустил мотор, и тросы медленно стали накручиваться на вал лебедки. И хотя вездеход на Марсе весил почти в три раза меньше, чем на Земле, все равно его масса оставалась весьма большой.

В какой-то момент один из тросов все-таки лопнул с резким звоном. В наушники Романову ударил короткий вскрик, так что Сергей сначала даже не понял, кто кричал.

— Лю, у вас все в порядке?

— Н-нет!.. — прохрипел будто от натуги китаец. — Меня придавило колесом к стенке... Вздохнуть не могу...

Романов заглянул за край расселины и увидел, что вездеход повис на оставшемся тросе почти вертикально. Лю видно не было, зато Сергей прекрасно разглядел мулатку, стоявшую на выступе выше по стене. Несомненно, она слышала их переговоры, но ничего не предпринимала и не предлагала. «И ведь в который раз! — раздраженно подумал Романов. — Словно ей все равно... Медик называется!»

— Рамона, заберись на вездеход и попробуй повиснуть на правом верхнем колесе, — сказал он вслух.

— Какой в этом смысл? — Мулатка отвечала спокойно, словно ничего не произошло.

«А ведь она прекрасно слышит, как хрипит командир!..» — Романов почувствовал, как раздражение перерастает в гнев, чего никогда прежде не испытывал по отношению к женщинам, даже к постоянно задирающей его Наташе.

— Под твоим весом центр тяжести машины сместится, и Лю сможет выбраться из-под нее.

— Если я заберусь на вездеход, его масса увеличится, трос не выдержит, и мы все сорвемся вниз.

— Возможно, не сорветесь...

— По моим расчетам, это произойдет с вероятностью девяносто пять процентов!

Романов едва сдержался, и тут его осенило.

— Ну же, Рамона, красавица, не упрямься! Вперед!..

При слове «красавица» мулатка дернулась, будто от удара тока, покачнулась, затем отшатнулась к стене и замерла.

— Я не... — были последние ее слова, после чего она перестала отзываться и шевелиться.

Несколько секунд Романов ошалело смотрел на ее застывшую фигуру, потом спохватился и скомандовал Стасику спуститься под вездеход и оттянуть его корму от стены расселины, чтобы освободить командира. Робот прекрасно справился с заданием, потом выбрался наружу, неся в манипуляторах тело Санчес. Лю вылез следом, закрепил дополнительный трос на лебедке, и наконец многострадальный вездеход встал на колеса у края расселины.

Стасик отнес мулатку внутрь первой машины, и мужчины склонились над девушкой.

— Странно, — пробормотал Сергей, — искин ее «ньюхофа» показывает норму по всем базовым физиологическим параметрам. Она жива, но будто бы спит!

— Это и есть сон, — кивнул Лю. — Вернее, базовая релаксация...

— Какая, к черту, релаксация?! Что с ней такое, командир?

— Рамона Санчес — биосинт, андроид нового поколения, искусственный разумный организм.

— Что-о?!.

— Поверь, Серхио, это правда. — В голосе китайца появилась жесткость. — Информация о том, что в состав экспедиции может быть включен биосинт, была предоставлена конфиденциально одним из... честных сотрудников «Колумбуса». Он только не знал точно, как будет выглядеть андроид.

— И ты все время молчал? — Романов рассердился не на шутку. — Хорош командир! Скрывать такое от подчиненных!..

— Я тоже не знал, кто из вас биосинт. Думал даже, что сеньорита Натали. Ее телосложение... Оно очень подходит для биосинта, который раз в пять сильнее обычного человека.

Сергей понял: рядом с хрупкой китаянкой Наташа действительно выглядела чересчур атлетически.

— И что же сегодня случилось?

— Встреча с переселенцами спутала не только наши планы, но и планы агента, которым, как теперь стало ясно, является все-таки Макклинток. На его беду, ему поручили еще одну миссию: опекать биосинта, который должен был пройти полевые испытания в составе нашей экспедиции. Но Макклинток, видимо, решил подстраховаться или воспользоваться биосинтом в своих целях. Он должен был руководить биосинтом, используя слова, непохожие на команды...

— «Рамона, скажи»?

— Верно. А «красавица» — абсолютное повиновение. Я должен был в этом убедиться.

— Абсолютное ли?

— Конфликт, Серхио. У биосинта программа самосохранения доминирует в любых обстоятельствах. Он обязан уцелеть — слишком дорого стоит. А твоя команда потребовала самопожертвования. Для таких спорных случаев, видимо, и задумана функция полного отключения. Рон, скорее всего, знает, как ее активизировать.

— Допустим, что ты прав, — Сергей возбужденно жестикулировал, не замечая тесноты кабины, — но для чего вся эта конспирация с внедрением андроида?

— Ну, это же очевидно, — снисходительно улыбнулся китаец. — Экспедиция попадает в форс-мажорные обстоятельства, грозящие, быть может, ее гибелью. Тут на первый план выходит биосинт и решает фатальную проблему, спасая тем самым экспедицию и одновременно демонстрируя возможности, намного превосходящие человеческие. Дальше объяснять?

— Нет. И так ясно: Научный совет ООН наложит вето на программу колонизации Марса и потребует скорректировать планы его терраформирования с помощью биосинтов. «Колумбус» получит гигантский грант на производство андроидов, а заодно — и приоритетное право на разработку марсианских недр. Занавес!..

— Вот именно так все и будет, если мы не выполним программу и не вернемся с победой.

— Ну что ж, утрем янки нос, поехали к марсианам! У них, небось, опыта выживания хоть отбавляй. А мы им взамен — кое-что из нашего оборудования. Реактор холодного синтеза, например?..

— Согласен. Едем!..

Романов перебрался в спасенный вездеход, и вскоре обе машины дружно пылили по равнине на встречу с новыми хозяевами Марса.


Выбрать рассказ для чтения

43000 бесплатных электронных книг