Алекс Громов

За спиной власти

Каждые двое из трех уверены, что существует тайная организация, которая исподтишка управляет обычными людьми, используя их слабости и предрассудки. Это так, но не до конца....

Неужели каждый может оказаться не тем, кем вы его представляете? Ключевое слово здесь не «каждый», а лишь «вы», а точнее — «как вы представляете».

Вселенная хотя и огромна, но не бесконечна. Как и число планет и обитающих на них (и между) разумных существ. Все и везде сделать невозможно. Поэтому в силу вступает глобальная целесообразность, которой нет дела до чужих надежд и иллюзий...


— Завтра совещание ровно в 14.00. Подготовьте все предложения, как сможем помочь местному населению после того, как начнутся разработки.

— Хорошо, Владимир. Сейчас просмотрим, чем там привыкли заниматься.

— Местную специфику учитывать, но в реалиях нашего века.

— Безусловно. — Руководитель департамента холдинга на протяжении многих лет не раз сталкивался как с местной спецификой, так и необходимостью развертывания на прежде нетронутых землях горно-обогатительных комбинатов. Искусство извлечения и сохранения (хотя бы на время) — не из самых простых, хотя и достойно оплачиваемое.

Владимир вышел из кабинета, и тут его ждал сюрприз. Кто-то назвал бы это явление звонким словом «дежавю». Но руководитель департамента знал, что ему не почудилось заново «однажды увиденное». Все реально, реальнее некуда.

И странно.


Для чего нужны тайные общества? Чтобы реализовывать тайные интересы. После, уже получив желаемое, затихания волн перемен и восстановления нового статус-кво, не скрываясь, представить случившее как должное и реализованное во благо всех, кроме явных (и скрытных) отщепенцев, которым общее благо — как кость в горле.

Тайные общества — лишь инструмент, а на самом деле тайна — это те, кто стоит за тайным обществом, используя его и при этом отвлекая внимание от себя....

— Сны — это возможность аккуратно донести сообщение.

— А разве не проще прямо сказать? Так, мол, и так, мы вас предупреждаем...

— Ага! Ну обычно у многих начинаются поиски и тех, кто отправил, и тех, кому это выгодно, и тех, против кого надо срочно принять меры предосторожности, потому как нашлись те, кому приспичило нарушить глобальное равновесие.

— Сообщив это самое?..

— Да. Чем больше пытается предупредить, тем суровее на это реагируют. И обычно — неадекватнее. Простой пример — только попробуй кого-то предупредить о замысле коварных инопланетян (которых в Галактике не меньше десятка разновидностей) что-то забрать с Земли — так тебя сразу объявят представителем еще более злобных и жадных космических олигархов, которые монопольно хотят ограбить нашу планету.

— Но это же будет голословно!

— Не волнуйся, эксперты найдутся.

— У любого тайного общества есть тайные эксперты?

— Конечно. Поэтому через сны — доходчивее и безопаснее...


Когда в престижном бизнес-центре третий раз за два с половиной часа навстречу попадается один и тот же человек с дорогим бокалом в руке, это неминуемо заставляет задуматься. Бокал пустой, но Владимир как человек понимающий сразу распознал в нем настоящее муранское изделие, изготовленное по аутентичной технологии.

Да нет, наверное, ничего странного, попытался успокоить он самого себя. Ну приобрел гуманоид один из лучших сувениров, какие только можно найти на планете Земля. Теперь вот ходит, радуется. Может, у них так принято радость проявлять, с долгожданными приобретениями наперевес разгуливая.

Что именно гуманоид, а не землянин, Владимир тоже понял без труда. Несмотря на вполне человеческий облик и приличный костюм. Опыт, знаете ли.

И именно этот опыт подсказывал ему, что на самом деле к странному персонажу следует внимательно присмотреться. Однако чужак словно почувствовал профессиональный интерес к своей персоне и, едва завернув за первый же угол, будто растворился в просторном светлом коридоре.

Служба безопасности холдинга, получив распоряжение проверить сомнительного визитера, потерпела фиаско. Ни одна из многочисленных камер его не запечатлела сколь-нибудь ясно. А вот сияющий, многоцветный бокал старинного образца мелькал на записях постоянно, передвигаясь, такое впечатление, сам по себе.

Значит, дело следует поручить другим людям.


— Лучше всех о судьбе Земли могут позаботиться сами земляне. Конечно, информированные и подготовленные. Их планета — им же сохранять и обустраивать.

— Ну не печатать же и распространять инструкции! «Дорогие земляне! Будучи полномочным представителем непубличного общества, помогающего Земле, информирую вас о том...» Ты, Владимир, будешь лично раздавать эти листовки в час пик или все же лучше разложить по почтовым ящикам?

— Лучше — по ящикам и на бензоколонках. А еще лучше, поскольку в листовках никаких упоминаний о скидках не будет («Предъявителю скидка 5 % на освобождение его планеты от темных сил»), сделать так, чтобы сведения не выбросили в урну. Или мимо нее.

— Это как?

— Пусть купят, заплатят. Роман, аудикнига, кино. Знание должно прийти не извне, с небес или из-под земли, а естественным путем. Тогда люди заинтересуются и поверят.

— И заодно расходы отобьются.

— Ну да. Любое доброе дело имеет свой бюджет.

— Найдем среди землян лучших, готовых позаботиться не только о своем будущем.

— Можно подумать, что здесь нет чужаков.

— Конечно, есть. Но ведь они пока официально не объявились — ни в настоящем, ни в земном прошлом. Чужаки мимикрируют под землян, и в случае глобального конфликта Галактическая Комиссия может рассмотреть их действия и, признав незаконными, аннулировать и заставить полностью оплатить случившийся из-за них ущерб. Землянам же — в силу их происхождения — такое не грозит.

— Разве что на другой планете набедокурит.

— Да. Тут без вариантов.

— Ну а землянам вроде деваться некуда.

— Пока да. Светлое будущее пока за поворотом.


После завершения рабочего дня, насыщенного делами и важными встречами, Владимир отправлялся домой. Или — иногда — в клуб. По крайней мере, так считали окружающие.

На самом деле у него начиналась совсем иная жизнь в другой ипостаси.

Настоящее реальное тайное общество, функционирующее долго и успешно, имеет массу масок, маскируясь под различные фонды, банки, акционерные общества, оргкомитеты и, конечно, под другие тайные общества, большинство из которых вовсе не существовало.

— У каждого периода земной истории — не только свои вожди и традиции, но и свои суеверия. И в них приходится вписываться. И лишний раз не высовываться.

— Поэтому в том самом обществе нет президентов, премьер-министров и олигархов?

— Почему нет? Просто они с ним, то есть обществом, не идентифицируются. А многие — для отвлечения внимания и на потребу любителям скандальных подноготных — числятся в каких-то Бельведерских клубах, обществах костей и черепов и еще непонятно даже кем выдуманных. Потому что проверять реальность всего выдуманного — это значит больше ничем не заниматься. Тем более что такое выдуманное нам только на руку.


— Лучше бы, чтобы кандидат в общество уже показал себя достойным, пройдя одно-два испытания и будучи примерно в курсе, что такое на самом деле добро и как его делать. А вот для этого нужны не сухие инструкции, а, наоборот, такая эмоциональная раскачка, позволяющая кандидату увидеть, что есть оно, то самое светлое будущее!

— Вербовщик в будущее — по-моему, Владимир, это звучит перспективно!

— Да мы вообще занимаемся перспективными делами! Хотя и не обещаем памятников в скверах и в бульварах.

— А это почему?

— Представь себе количество тех, кто хочет себе памятники, и количество скверов. Даже в будущем. Да там вообще много не будет. Поэтому, зная, что будет, мы никого не обманываем. Но если так называемый злодей готов сам себя обмануть — это его выбор.

— Как же перевоспитание?

— Слухи о тайных детских садах и тайных казематах нашего общества могут быть сильно преувеличены. Но вообще отсутствуют — как и трудовой кодекс члена общества.


Есть в современных городах улицы, на которых просто не существует части домов. Или дома, в которых отсутствует одна или несколько квартир — вместо них находятся служебные помещения. А вот в отсутствующих квартирах могут быть зарегистрированы различные организации, и бедные почтальоны тщетно пытаются вручить по тем адресам официальные повестки. Так же и с тайными обществами — как можно найти то, чего в этом месте нет?

— Как говорится, мы не предлагаем беспочвенных иллюзий. Только натуральные куски реальности.

— Хотелось бы, Владимир, целиком реальность.

— К этому нужно быть готовым. Реальность реальности в том, что она вовсе не такая, как большинство себе представляет. И даже искушенные во многом заблуждаются. Хотя бы потому, что наша реальность — это не их профессия.

— Ты только представь себе — не просто пошляться по Прошлому, ощущая себя в душе суперменом по сравнению с этими временными дикарями, а быть там человеком, четко понимающим, что в Будущем — все иначе, но ты все равно ближе к нему, чем к Прошлому. Ведь Будущее — это то самое, что делаем сами мы.

— А Прошлое?

— У его обитателей есть право на свои ошибки...


Люди в своей массе любят обсуждать тайны, существуют любители исследования таинственного и аномального по открытым источникам, большую часть из которых составляют слухи и публикации в желтой прессе. Не стоит их разочаровывать, провоцируя тем самым на возможные необдуманные поступки с негативными (для них и других) последствиями.

— Отражения Истории — то есть то, как мы ее сейчас себе представляем, — это вовсе не сама История. Так же, как и наше отражение в зеркале.

— Что же при этом меняется с левого на правое?

— Думаю, ты сам ответишь на этот вопрос...


...Есть символы, которые близки и понятны членам общества, книги и картины, в которых завуалированно сохраняются идеи. К примеру — полотно Жана Ипполита Фландрена «Юноша, сидящий на берегу моря» как олицетворение беззащитности человека.

Да, мы тестируем настоящее во имя будущего и стремимся внести изменения к лучшему, но так, чтобы это происходило органично, без лишних сенсаций и не шокируя людей. Хотя бы тем, что от них ничего не зависит. Ведь это на самом деле не так. Технологии всегда соответствуют реальностям, как и иллюзии. Иначе это вызовет у живущих в этой реальности дискомфорт и скрытое ощущение, что им чего-то недодали. Или отняли. А это неизбежно приведет в росту фобий, причем различного уровня, и конфликтам непонятных идей, что, в общем-то, совсем излишне, поскольку не функционально.

— Господин Торин! — Бесстрастный голос отвлек его от размышлений. — Мы выяснили, что произошло.

— Говорите!

— Это не сувенир. Это результат эксперимента. Разрешения на который, конечно же, не имеется. Не имелось, точнее сказать, перед его началом.

— Последствия?..

— Не успели.

Так. Уже лучше. Не успели натворить ничего серьезного. Кстати, пора бы узнать, кто так отличился. Тогда и решим, что там с последствиями...

— Кто?!

— Вот.

В кабинет втолкнули двоих молодых людей, в одном из которых Владимир узнал того, кто разгуливал по коридорам бизнес-центра с красивым бокальчиком из цветного стекла. Второй был человеком, землянином.

Оба — аспиранты одного из уважаемых университетов. Там и познакомились. Муранским стеклом инопланетянин интересовался давно — слава таинственных мануфактур, находящихся на одном из островов Венецианской лагуны, дошла до самых дальних уголков Галактики. Сейчас эти бокалы, блюда «миллефиори» и причудливые вазы стоят еще дороже, чем во времена внешнего могущества Венеции. Могущество тайное Ла Серенессима сохранила и сейчас...

Благодаря Совету, который большинству кажется особенностью устройства венецианской жизни в далеком Прошлом. Но Прошлое и Будущее связаны намного теснее, чем может представить обычный человек.

Да, а цена на стекло так высока потому, что чистого белого песка, пригодного для его изготовления, в мире осталось не так уж много. Знаменитый лес Фонтенбло, где песок для муранского стекла добывали на протяжении тысячи с лишним лет, сейчас строго охраняется. И добыть там некоторое количество минерального сырья — это же не возобновляемый природный ресурс — допустимо только по особому разрешению Совета. Для таких изделий, которые в продажу могут попасть разве что случайно, по чьему-то недосмотру и только через много сотен лет...

Поиски аналогов уникального песка привели к открытию нескольких залежей на планетах Солнечной системы, но они тоже невелики по запасам. Плюс стоимость доставки...

В общем, не может настоящее муранское стекло стоить дешево. Поэтому и число мастеров, желающих вступить в гильдию, жестко ограничивается. Дело ведь не только в том, что надо сохранить секреты ремесла. Варить стекло без пузырьков человечество давно научилось. А скрытая сторона мастерства все равно передается только среди тех, кто происходит из семей, исстари причастных к ней.

Но мастеров на Мурано много быть не может все равно — песка не хватит на всех желающих. То, что делается в других регионах из других песков, — это, может быть, даже очень хорошее стекло. Но не муранское.

И, конечно, уроженцам иных планет в число стекольных мастеров попасть невозможно. Древнее правило — чужеземцев в ученики не брать, а мастерам не дозволять открывать свое дело в чужих краях. В Средние века ослушников карали безжалостно. Один подмастерье выкрал рецепт изготовления цветного стекла и осенней ненастной ночью уплыл с острова на утлой лодке. Долго скитался по Европе, путая следы, а потом открыл в немецком городке свою мастерскую, где стал делать бокалы вроде того, который теперь стоял у Владимира на столе. Но беглец продержался недолго, через несколько месяцев мастерская внезапно сгорела, а бывшего подмастерья нашли на пепелище с кинжалом в сердце...

Суровые были времена, что уж говорить. Теперь даже верный своим традициям Совет предпочитает более тонкие способы воздействия, благо технологии много чего позволяют.

Но научиться работать со стеклом сейчас можно всякому, другой вопрос, что это будет просто стекло, а не то самое, легендарное.

Так вот, эти два... хотелось сказать «оболтуса», но не такие уж они и оболтусы, раз сумели разобраться с технологией изготовления стекла, с составом добавок, обеспечивающих цвет, с принципом устройства традиционной печи. Даже стеклодувной трубкой орудовать научились и делать сложные заготовки для тех самых «миллефиори».

Но это еще не все... Они нашли способ добывать песок в количестве не то чтобы совсем не ограниченном, но из пополняемого источника.

Метеоритного.

Вот на этом месте рассказа даже Владимиру понадобилось все самообладание, чтобы скрыть удивление. Метеоритное железо хорошо известно, из него даже оружие ковали в старину... и сейчас иногда, для особых целей.

Но что существует метеоритный поток, регулярно подбрасывающий на Землю идеальный по свойствам кварцевый песок, никто и представить не мог. Происходит этот поток из планетной системы двойного солнца по соседству с той, откуда родом этот инопланетянин. Оказавшись на Земле и увлекшись стекольным делом, он об этом вспомнил. Вместе с землянином-приятелем отправился на поиски.

И ведь нашли, что характерно. Иногда непрофессионалам просто фантастически везет. Действительно, кто из специалистов мог заподозрить, что крошечное озерцо в лесу, отнюдь не похожем на великолепный Фонтенбло, таит в себе такое богатство... Однако именно туда год за годом падают такие необычные метеориты.

А почему этот поток астрономы не обнаружили до сих пор?

Обнаружили, как один из метеорных потоков, даже имя дали на манер Персеид и Геменид. Второстепенный поток, не особо живописный. Правда, в справочниках отмечено «много болидов». То, что на самом деле большинство его падающих звезд долетают до поверхности и рассыпаются идеальным белым песком, оставалось незамеченным.

Возможно, потому, что есть у этого песка с другого края Галактики дополнительная особенность — искажать работу аппаратуры. А так вроде кварц как кварц. Но если бы обнаружившие и это свойство молодые экспериментаторы не использовали цветной бокал, никто бы их и не заметил. Второй бокал, прозрачный, ни одна камера не зафиксировала, равно как и того — землянина — кто его по коридорам носил.

И ведь они всего лишь хотели обменять сведения о метеоритном месторождении песка на право поработать в легендарных мастерских Мурано... Что ж, Совету бывают нужны не только воины, но и такие вот умники, способные совершать открытия.


— А чем, по-твоему, Владимир, уникально наше время? Ты же наверняка повидал и другие времена?

— Поскольку это были вовсе не экскурсии, а назовем так — командировки, обсуждать не будем. Наше время — время развилок и потенциальных возможностей. Главное — не ошибиться в выборе лучшей. Причем понятие «лучшей возможности» у этого времени и нашего общества отличаются. Больше знаешь — меньше веришь в сиюминутное. Кроме дружбы и любви, конечно.


Выбрать рассказ для чтения

48000 бесплатных электронных книг