Вадим Волков

Мы — Карьяла, нам все Похьяла!

Интернет-издание «Листай. RU», май 2018 года

«Жители Огайо жаловались на енотов с подозрительным поведением.

В течение последних трех недель жители американского штата Огайо более десятка раз обращались в полицию с жалобами на агрессивное поведение енотов. Животные приходили к домам, вставали на задние лапы и начинали устрашающе рычать. „Изо рта капала слюна, глаза были красными“, — сообщил один из местных жителей, Дэйв Уэббер.

Копы вместе с ветеринарной службой отлавливали странных енотов, но, по неподтвержденным данным, несколько раз были вынуждены применить оружие, когда обезумевшие животные раз за разом бросались на блюстителей порядка. О пострадавших пока не сообщается. Также неизвестна реакция „зеленых“ на происходящее. Причины столь агрессивного поведения енотов выясняют ученые».


Россия, Республика Карелия, аэропорт «Бесовец», июнь 2018 года

Самолет приземлился по графику. Это было приятно, поскольку все друзья наперебой утверждали, что в России «по графику» не делается НИЧЕГО. Сэма стращали российскими «ужасами» всю неделю перед поездкой — говорили, что русские очень агрессивны, пьют все, что горит, и бьют все, что двигается. Что иметь дело лучше с сомалийскими пиратами, чем с ними, — пираты хотя бы знают, чего хотят. А куда вывезет кривая «русской души» — одному богу ведомо. В качестве доказательств Сэма закидали в мессенджерах ссылками на Ютьюб с драками русских футбольных фанатов, арестами русских чиновников за взятки, разгонами митингов, демонстраций и прочим. Жена так вообще плакала навзрыд последние пару дней, и Сэм еле отговорил ее ехать в аэропорт — не хватало еще сцен на людях.

Сам он относился к своей командировке спокойно, справедливо полагая, что слухи всегда преувеличивают правду процентов на двести, а беспорядков, драк и банального раздолбайства хватает что в Америке, что в Европе, что в России. Тем более что на волне «очень мудрой» политики президента Трампа и его свиты многие американцы воспринимали Россию чуть ли не как главное мировое зло. Сэм, кстати, за «плохого эпизодного актера с плохой прической» не голосовал.

Сэм Уорд был инженером-технологом, специализировавшимся в цветной металлургии. Он работал в корпорации «Aeronca Aircraft Inc», которая раньше занималась производством самолетов, но с середины прошлого века вошла в состав более крупной компании и стала поставлять детали и авиадвигатели для таких гигантов, как «Boeing», «Lockhid» и «Northtrop». Некоторое время назад в российской глубинке обнаружилось развитие новейшей технологии, позволяющей в разы удешевить несколько этапов производства деталей из авиационного алюминия. В Карелии, в поселке с непроизносимым названием «Nadvoitcy», на крупном алюминиевом заводе нашелся «samorodok», как говорят русские, — очень способный специалист, который опробовал несколько новых идей и подходов. Ему сопутствовал успех, и бывший гендиректор завода, ныне губернатор, дал «зеленый свет» этим проектам. Позже глава республики сумел подключить свои связи в Москве, и топ-менеджеры компании «Российский алюминий» увидели возможность неплохо заработать на сотрудничестве с крупнейшими американскими корпорациями. Так Сэму и выпала возможность воочию посмотреть эту «crazy Russia».

Перелет из Москвы в Карелию был недолгим. В российской столице Сэм успел отдохнуть, так что чувствовал себя отлично, разве что немного зудела и чесалась правая рука чуть выше кисти под повязкой — за день до командировки во дворе своего дома ему пришлось защищаться от енота. Животное вело себя странно — рычало, стоя на задних лапах, брызгало слюной и печенек почему-то не просило. Сэму не удалось спугнуть его ни криками, ни граблями — после нескольких замахов грабли сломались, а проклятый енот неожиданно резво прыгнул на человека и вцепился острыми зубами в руку. На помощь кинулся сосед — Дэйв. Вдвоем мужчины с трудом оторвали верещащую тварь от Сэма и закинули зверя в сарай. Енот успел цапнуть зубами и Дэйва, к счастью, несильно, но обоим потребовалась медицинская помощь. Потом были копы, медики, прививки от бешенства и несколько сообщений в интернете и по ТВ о похожих случаях по всему Огайо. Но впереди была Россия, так что Сэм не стал забивать себе голову странностями поведения енотов — ему еще с медведями пить vodka, ха-ха. Он подхватил сумку с ноутбуком и документами и направился к выходу из самолета.


Петрозаводск, столица Республики Карелия,

набережная Гюллинга, офисное здание,

июнь 2018 года

Я проснулся от громкого стука в дверь. Тело затекло от неудобной позы — я прикорнул на пару часов на нашем маленьком офисном диванчике после почти суток на ногах. Вчера позвонила напарница, невнятно предупредила о плохом самочувствии и попросила меня выйти на полные сутки. Обычно мы их делили, но тут, воленс-неволенс, пришлось согласиться. После работы я остался покемарить в офисе — несколько часов промучился с глючившим оборудованием, и ехать домой смысла уже не было. Жену предупредил по телефону, а вот напарница трубку не брала — наверное, спала.

Зевая как кашалот, я с трудом сел на диване, пытаясь понять, кто долбит в дверь офиса, не воспользовавшись звонком. Причем долбит как-то странно — как будто бьет чем-то тяжелым с определенной периодичностью в центр двери. Что за дичь? И почему, кстати, в офисе нет никого? Я бросил взгляд на часы — 9:27. В это время уже половина наших должна быть на месте, рекламщики вообще к девяти приходят. Фигня какая-то...

Заставив себя встать, я поплелся к входной двери. У нас их две: первая внизу, перед лестницей, вторая наверху, обе на мощных магнитных замках — нижняя почти всегда открыта, а верхняя открывается или изнутри, или ключом-«таблеткой» снаружи. Рядом с ней висел видеодомофон. Черт его знает, что меня дернуло его включить — обычно не пользуемся, клиенты сплошь лояльные. Недосып ли сыграл свою роль, странность происходящего, этот стремный стук — не знаю, но я ткнул кнопку включения. Через пару секунд черно-белый монитор включился, и я отпрыгнул назад с криком «Твою мать!!!».

В голове фейерверком взорвались мысли: «Что???», «Кто здесь???» «Нет!!!», «Не может быть!!!». С меня моментально слетели остатки сна, ладони вспотели, сердце забилось куда-то в район глотки и пыталось перекрыть дыхание.

На экране домофона я увидел НЕЧТО.

Нет, конечно, раньше это существо я видел и даже знал, как ее зовут. Это была Нина Сергеевна, бухгалтер швейного ателье «Макошь» с третьего этажа, миловидная женщина за сорок, вежливая и тихая. Но сейчас она выглядела как чудовище.

Волосы всклокочены и измазаны чем-то темным. Глаза лезут из орбит, белки все в черных прожилках, а зрачки — огромные, и плещет из них... каким-то первобытным ужасом. У меня зашевелились волосы на затылке, я судорожно сглотнул. Ее лицо было исцарапано, вокруг рта тоже что-то темное. И почему-то я был уверен, что это ни хрена не помада. Одежда местами порвана и испачкана, левый рукав легкой кофточки оторван с мясом. В буквальном смысле — на плече была глубокая рваная рана.

Меня парализовало на несколько секунд. Пытаясь восстановить дыхание, я старался подавить панику. Что за хрень тут происходит???

Нет, конечно, я не дурак. Джорджа Ромеро всего пересмотрел, «Обитель зла» — одна из любимых франшиз, «28 и дней и недель спустя» — вдоль и поперек, но чтобы вот так??? У меня, блин, на работе? Под моей дверью — Нина, мать ее, ЗОМБИЕВНА??? Вся в кровище и с глазами, как у демона из преисподней??? Я оперся рукой о стену. Мозг отказывался принимать происходящее. Фильмы, игры про зомби — это понятно: стреляй в голову, собирай патроны, аптечки и хабар, да не забывай сохраняться. Но в реале? Как так-то? Ждали, ждали, дождались? То-то будет весело...

Так, чувак, соберись. Несколько глубоких вздохов — до гипервентиляции легких. Унять дрожь в руках. Выключить на хрен монитор. Аккуратно закрыть дверь на еще один замок, помимо и так работающего магнитного. И на цыпочках — в свой офис, там телефон и ноут. Попробуем выяснить, что, твою мать, происходит.


Петрозаводск, столица Республики Карелия,

набережная Гюллинга, офисное здание,

июнь 2018 года. Спустя полчаса

Стук в дверь прекратился минут двадцать назад. Невероятно, но за это время я почти успокоился. Примем происходящее как данность. Эмоции отключить. Время действовать, рефлексировать будем потом.

Пошарив в интернете, я вскоре уложил в голове картину происходящего. И выглядела она трендец как страшно. Судя по всему, инфекция стала расползаться по миру из США. Точную причину пока никто не знал, на видео из новостей мелькали лица ученых, которые что-то невнятно мямлили про взбесившихся енотов, обезьян и других животных, про какую-то африканскую лихорадку и прочую дичь. На кадрах, снятых с вертолета, в одном из городов Огайо уже был ад. По улицам метались напуганные до смерти люди, за которыми гонялись разъяренные зомби. Догоняли, рвали, жрали. Оператор не поскупился на ближние планы — местами меня даже замутило. Слышались выстрелы, и из автоматического оружия тоже, некоторые здания уже полыхали. Паника, дым, трупы на улицах — в общем, начало апокалипсиса во всей красе.

У нас тоже все было плохо. Я нашел несколько видео из Москвы и Питера, снятые в основном на камеры смартфонов: мужик упал на асфальт возле супермаркета, подергался, вскочил, вращая бешеными глазами, и вгрызся в горло тетке, вышедшей из машины. Кровь, хрипы, рычание. Истошные крики, вой сирен и хлопки пистолетных выстрелов. Добро пожаловать в Зомбиленд, господа. Только Вуди Харрельсона вам тут не будет.

На новостных сайтах сообщалось о вспышке какого-то очень опасного заболевания, быстро превращающего человека в агрессивную тварь. Рекомендовалось сидеть дома, никому не открывать дверь и ждать инструкций от властей. Ага, дождешься от вас. Свои жопы спасете, а о людях даже не вспомните, суки.

Сайт МЧС не загружался — видимо, был перегружен запросами. В соцсетях вообще творилось что-то невообразимое — куча фото и видео с нападениями на людей, паника, призывы покаяться в преддверии конца света и так далее. Короче, все ясно. Я захлопнул крышку ноутбука. Интернет и сотовая связь пока работали — мой мобильник показывал уверенный прием сигнала, — но я был уверен, что долго это не продлится.

Итак, сказал я себе, что мы имеем с гуся?

Во-первых, зомби-апокалипсис настал, как ни крути, и с этим придется жить. От заражения вирусом через укус до превращения в исчадие ада проходило, по разным данным, от суток до часа — видимо, зависело от особенностей конкретного организма. Во-вторых, помощи от властей, живя в нашей стране, не дождешься. Значит, надо спасаться самому. В-третьих, нужны оружие, патроны, еда, транспорт, топливо и место, где можно будет укрыться на первое время, пока не устаканится паника и первая волна нашествия зомбачья. И, в-четвертых, самое главное — вытащить мою семью: жену и дочку. Ну, и Бегемота, само собой. Это котэ наш безразмерный.

Но сначала надо выбраться самому. Не думаю, что Нина Зомбиевна передумала позавтракать мной и ушла на маникюр.

Я взял телефон и набрал жену. Ольга взяла трубку почти сразу.

— Привет, вы же дома? — с замиранием сердца спросил я.

— Привет, да, конечно, еще не вылезали никуда, — ответила она. — Слушай, тут во дворе какая-то фигня происходит. Мы проснулись от криков, и я выглянула в окно, а там драка, мужик окровавленный за другими людьми гоняется, все орут. Взбесились, что ли, или наркоты обдолбались?

— Да, любимая, примерно так и есть. А теперь слушай меня внимательно и не перебивай, — в моем голосе звякнул металл.

Ольга у меня умная. И понятливая. Дочь майора ФСБ, погибшего при исполнении, она прекрасно воспринимала интонации и умела собрать волю в кулак за секунды, если надо. Я вкратце обрисовал ей происходящее. Конечно, сразу поверить в такую дикую историю ей было очень сложно, но минут через пять я уже перешел к четким указаниям.

— Значит, так. Собери все деньги и наши документы. Немного одежды на первое время, особенно для Вики. Продукты из холодильника — то, что можно хранить подольше: консервы возьми, там, по-моему, пара пачек сосисок есть, макароны, крупы, еще что-то должно быть... Воды обязательно. Бегемоту сухого корма, и переноску его найди. В шкафу возьми фонарик, на кухне в столе — батарейки, все, что есть. Там же спички охотничьи были вроде, тоже кинь. В общем, почти как на природу собирайся, — я попытался пошутить.

— Ага, за пивком сейчас еще сбегаю, и поедем, — подыграла жена.

— Самое главное — найди «Грозу» и патроны, заряди и держи под рукой вместе с мобильником. Двери, понятное дело, никому не открывать. Ждите меня, я скоро буду.

— Вадя... — Ольга сделала паузу. — Я люблю тебя. Будь осторожен.

— А я — вас. Держите оборону. Будет угроза — стреляй, не раздумывая. Пока.

Я нажал клавишу отбоя. В принципе, они пока в безопасности. У нас квартира на четвертом этаже, входную дверь недавно сменили на более мощную, современную, такую даже полицейский «молот» не сразу возьмет. Плюс есть «Гроза», если точнее — травматический револьвер «Гроза Р-06С», предмет моей маленькой гордости. Выполнен из высококачественной оружейной стали, ствол длиной шесть дюймов, шесть патронов в барабане. Калибр — 9 миллиметров, резиновые пули, быстрая перезарядка при помощи клипов. Я, держа его в руках, ощущал себя как минимум Беном Уэйдом в исполнении великолепного Рассела Кроу из фильма «Поезд на Юму». Ничего не имею против героя Кристиана Бейла, но Кроу так удаются роли обаятельных и неотразимых негодяев...

«Грозу» я купил себе в качестве подарка на день рождения, много упражнялся в стрельбе, да и Ольга от меня не отставала. Ее отец еще школьницей таскал с собой на стрельбище, так что опыт у нас был. Табельный «ПМ» отца к одиннадцати годам она могла разобрать и собрать с закрытыми глазами. Я после службы в погранвойсках частенько ездил с друзьями на охоту, так что с какой стороны браться за автомат Калашникова или за ружье — представление имел. Как говорится, вдруг война — а ты уже стрелять умеешь. Весомый плюс как-никак.

В общем, должно мое семейство продержаться ближайшие час-полтора, пока я разберусь с Ниной Зомбиевной и доеду до Древлянки — спального района, где мы жили. Но оставался открытым вопрос: а дальше куда? И поэтому я позвонил Витале.

Виталя Кириллов, он же Карел, был моим другом. Сначала вместе служили, потом начали дружить семьями. Моя Ольга и его жена Ирина быстро подружились, старший сын Артем и их младшая дочь Эвита были не разлей-вода с нашей Викой. В общей нашей компании были еще несколько семей с детьми, мы часто выбирались всей толпой на пикники, на несколько дней на карельские лесные ламбушки или на Ладогу. Короче, нужно было собирать банду.

Виталя со временем дорос до должности главы местного филиала одного из сотовых операторов «Большой тройки». Что характерно, не скурвился, всегда помогал, если нужно было, но внешними атрибутами «красивой» жизни обзавелся. Выстроил себе двухэтажный коттедж в поселке «Карельские просторы», в получасе езды от города, купил «крузак», несколько отличных охотничьих ружей, ну и так далее. Дом его был просторным, крепким, без излишней вычурности в угоду надежности и безопасности — сейфовые двери с распорами, высокий кирпичный забор и толстые металлические ворота, которые не всякий мусоровоз на таран возьмет. Большая баня, свой глубокий колодец с хорошей системой очистки воды, пара добротных хозпостроек со снегоходом, дизель-генератором и мотоциклом внутри — в общем, все, о чем мечталось в юности. В этой крепости легко можно было перекантоваться первое время всей нашей честной компании.

— Здоров, бродяга! — привычно рокотнул в трубке Виталин бас. — Видал, что за п... на улицах творится? В курсе, что к чему?

— Да, брат, уже знаю. Ты где?

— Еду в сторону дома, мои все там. Леха сейчас подъедет с семейством, у них пока без потерь, Григорьевы со вчерашнего дня у нас зависали, прикинь, совпало? А вот Сане не повезло, — Виталин голос предательски дрогнул. — Танька успела Ирке позвонить, но уже поздно было.

— Саня? — охнул я.

— Да. Ирка финал по телефону слышала, до сих пор в истерике, ее Наташка коньяком отпаивает.

— Твою мать... — я стиснул зубы в бессильной ярости. Саня был душой нашей компании — заводила, хохмач и безнадежный оптимист, его все обожали. Танюха... Я выругался.

— Вадь, ты-то где? Когда вас ждать? Помочь чего? Я еще недалеко отъехал и «Бенелли» у меня с собой. Как знал, с прошлой охоты из машины так и не достал...

— Карел, двигай домой и организовывай оборону. Всех к делу приставь, вооружи по возможности. Мы скоро будем. Связь пока работает... Кстати, как думаешь, долго еще этой роскошью нам пользоваться?

— День, максимум полтора, — ответил он.

— Понял, до связи, — я отключился.

Так, все, пора выбираться. Я проверил ключи от машины — мой черный «УАЗ-Патриот» был припаркован во дворе, почти у выхода. Еще немного везения: вчера я заправился под пробку и залил пару канистр — собирались через пару дней ехать отдыхать на Толвоярви, а это почти триста километров в один конец. Ну, и запас карман не тянет, мало ли. Маленькая сумка с документами и прочими мелочами — через плечо. Из вещей все. Я сходил на кухню, взял пару ножей и, прихватив швабру из туалета, вернулся в офис. Поскольку мало-мальски годного оружия у меня с собой нет, при помощи широкого скотча я сделал из швабры и ножа копье. Второй нож акуратно пристроил за пояс. Этим первобытным оружием надо уделать Нину, спуститься по лестнице до третьего этажа. Около лестницы — окно, под которым растет береза. А под березой стоит... Правильно, мой «патрик». Окно — береза — крыша машины — кабина — газ в пол. План прост. Через здание идти — сдохнуть без вариантов, я примерно представляю, что там может происходить. Непонятно, как Нина пробралась наверх через нижнюю дверь — она хоть и не закрыта, но дернуть за ручку у нее ума не хватило, только лбом колотила. Возможно, пришла с первого этажа — там тоже был выход. Если смогла она, то могут появиться и остальные, а мне оно на фиг не надо. Значит, валим как можно быстрее, но осмотрительно. Мне еще семью вытаскивать. Надо выжить по-любому. По семейным обстоятельствам, так сказать.

Я подкрался к двери и включил видеодомофон. Хоть и готовил себя к тому, что увижу ЕЕ, но все равно дернулся. Страшная, зараза. Так и стоит на том же месте, таращась на дверь. Я судорожно вздохнул. Надо прорываться. Потихоньку открыв второй замок, я отступил на пару шагов назад и ткнул наконечником копья в кнопку отрытия магнитного. Как только тот запиликал, сигнализируя об открытии, я рванулся вперед и со всей дури врезал ногой по двери. Повинуясь законам физики, дверь долбанула Зомбиевну, и та отлетела назад, к противоположной стене. Я, выскочив в коридор, ушел влево и попытался ткнуть тварь копьем прямо в висок. Хрен там — промазал. На столкновение с дверью плевать она хотела и, пригнувшись, от стены ринулась на меня. Нелепо всхрюкнув, я двинул ей куда-то в плечо противоположным концом копья, и в следующую секунду эта зараза вцепилась в мою левую руку своими крючковатыми пальцами. От отвращения я заорал и крутнулся волчком, пытаясь выдраться из мерзкой хватки. Наугад махнув копьем назад, я зацепил ее шею, полилась кровь, и зомби отцепилась от меня. Наконец развернувшись, я шагнул вперед и всадил копье ей под подбородок. Кустарное изделие не выдержало, палка хрустнула, и у меня в руках остался кусок швабры. Зомбиевна уставилась на меня адскими буркалами, хрипя и поливая кровью пол. Я пятился назад, выставив перед собой остаток этой чертовой швабры, и пытался вытащить из-за пояса второй нож, который, конечно же, за что-то зацепился. В этот момент тварь рванулась вперед, норовя вцепиться мне в лицо. Я резко присел и выбросил обе руки с обломком швабры вверх. Она напоролась на него грудью, и я перевалил ее тело себе за спину, одновременно встав. Как только она упала на пол, я рванул из-за пояса чертов нож и двумя руками всадил его в глаз твари. Брызнуло, она захрипела и наконец заткнулась. Я медленно выпустил из рук рукоятку ножа. Ноги разом ослабели, и я шлепнулся на задницу, переводя дыхание.

Воняло знатно. Вся лестничная площадка была уделана кровищей, попало и на меня. Я стянул загаженную толстовку и бросил ее на лицо той, с которой здоровался каждое утро. Ладно, проехали... Прислушался. Вроде тихо. На цыпочках спустился на третий этаж. Никого. Выглянул в окно. Вот он, мой вездеход под березой. Вокруг спокойно. Пока. Аккуратно открыв оба шпингалета (зданию нашему лет шестьсот, какие там пластиковые инновации), я потихоньку открыл окно. Береза — рядом, толстые ветки упираются в окно и в стену, даже прыгать не надо. Встал на подоконник, перешагнул на ветку, держась за раму, и полегонечку спускаемся...

Пока все срастается. На крышу «патрика» я попал спустя пару минут. Присел, оглянулся. На парковке — пара машин, но ни единого человека. И нечеловеков тоже не видно. Уже плюс, уже хорошо. Все, сваливаем. Я нажал на кнопку брелока и открыл машину. Этаким молодецким скоком спрыгнул на асфальт и залез в кабину. Тут же заблокировал двери, завел двигатель и рванул с места.


Петрозаводск, столица Республики Карелия,

проспект Александра Невского, июнь 2018 года

От моего офиса до дома езды было от силы минут двадцать. Город у нас небольшой, тысяч триста населения, по данным последней переписи. Выскочив на проспект Александра Невского, я увидел первые признаки начала конца. Машины летели кто во что горазд — какие там на хрен светофоры. Визг тормозов справа — мне в бочину чуть не влетел «Инфинити» с девушкой за рулем. Глаза выпучены, рот распялен в крике — мужик с пассажирского сиденья вцепился ей в плечо зубами. По тротуару бежит полная тетка с пакетом и истошно верещит — ее догоняют двое подростков, причем один из них скачет почти на четвереньках и удивительно резво.

Я утопил педаль газа. Да, вокруг полное днище, но мне нужно вытаскивать своих. МНЕ. НУЖНО. ВЫТАСКИВАТЬ. СВОИХ. Иначе им не выжить.

Я вертел головой на триста шестьдесят градусов. Если сейчас угодить в аварию и повредить машину, то все планы нашему Бегемоту под хвост. А я этого допустить не могу. Впереди полыхнули сине-красные огни. Чуть позже я понял, что это перехватчик ДПС, вставший поперек дороги. Я вынужденно притормозил, пытаясь рассмотреть, что там происходит.

Патрульный «Форд Фокус» перекрывал правую полосу движения, а рядом с ним — какая-то нездоровая движуха. Подъехав ближе, я увидел, что происходит. Один из дэпээсников катался по асфальту, зажимая руками разорванное горло. Второй отбивался от парня-зомби, пытаясь выдернуть из кобуры пистолет. Неудачно. Парень повалил его на дорогу и вгрызся зубами прямо в лицо. Меня передернуло.

Решение пришло внезапно. Я врубил пониженную и вдавил газ в пол. «Патрик» взревел и прыгнул вперед. Переднее правое колесо раздавило, как арбуз, голову уже затихшего «гайца» с разорванным горлом, а силовой бампер впечатал парня-зомби в крыло «Фокуса». Я дернул ручник и, не глуша мотор, выскочил из машины. Подбежал к первому трупу в полицейской форме. Стараясь не смотреть на то, что осталось от его головы, я выдернул из кобуры на бедре «ПМ», снял с предохранителя и дослал патрон. Зомби, прижатый к «Фокусу» моей машиной, естественно, не сдох. Он хрипел, брызгал кровью изо рта и тянул ко мне руки. Я вскинул пистолет, прицелился и плавно, на выдохе потянул спуск. Треснул выстрел. Во лбу парня появилось отверстие, на багажник «патрульки» плеснуло кровищей и мозгами. Зомби на мгновение застыл, а затем упал на мой капот и затих.

Отблевавшись, я быстро обшарил кобуры мертвых дэпээсников и салон патрульной машины. Разжился еще одним «макаровым», тремя обоймами к нему, а на заднем сиденье «Фокуса» обнаружилась «ксюха» — АКС74У, вполне исправный на первый взгляд автомат и два магазина патронов калибра 5,45 мм. На дальняк с таким не поработаешь — низкая кучность, а вот для ближнего боя — самое то. Я быстро закинул трофеи на пассажирское сиденье, один «макаров» запихал за ремень джинсов и дал по газам.


Петрозаводск, столица Республики Карелия,

спальный район Древлянка, июнь 2018 года

Дальнейшая дорога заняла минут десять. Приходилось быть очень сосредоточенным — на улицах начинался ад, автомобили вставали в заторах, метались обезумевшие от страха и от вируса люди и нелюди. Пару раз я объезжал заторы по тротуарам, газонам и еще черт знает как, благо мой «патрик» был лифтован и катался на высоких внедорожных «Гудричах», так что такое движение проблем не вызывало. Заезжая в свой двор, я чуть не врезался в стену дома — прямо на мой капот, видимо, с балкона, прыгнул зомбак. Тощий мужичонка в рабочем комбинезоне на голое тело грохнулся на машину как мешок с цементом, но почти мгновенно уцепился рукой за дворник и оскалил на меня свою пасть. От неожиданности я резко выкрутил руль вправо, чудом увернулся от стены и резко затормозил. Не помогло — этот гад распластался на капоте, как приклеенная свадебная кукла. В момент торможения что-то уперлось мне в живот. Пистолет! Я нашарил рифленую рукоятку за поясом и выдернул «ПМ». Никогда не приходилось стрелять через лобовое стекло автомобиля, еще и собственного, но колебаться было некогда. Прицелившись ему в башку, я несколько раз выстрелил. Пару раз промазал — нервы все-таки не железные, руки подрагивают, но в итоге зомби сполз с капота с дыркой во лбу. Я выдохнул. С грехом пополам унял дрожь в руках, заткнул «макарова» обратно за пояс и подъехал к своему подъезду.

Минуту посидел, успокаивая дыхание, заодно огляделся. Вроде никого рядом. Вдалеке, между панельными домами, пробегали какие-то люди, но здесь, кроме застреленного мной работяги в комбезе, пока никого. Ладно, рассиживаться нечего. Я взял мобильник и набрал Ольгу. Как и в прошлый раз, она ответила моментально. Умница моя.

— Оль, я у подъезда, как у вас обстановка?

— Пока нормально, — немного нервно ответила жена. — Был какой-то шум на лестнице, кто-то орал и бегал, потом — тишина. В глазок смотрела, вроде чисто. Вадя, что-то страшно мне... Что делать-то будем?

— Спокойно, любимая, я уже здесь, прорвемся. Сейчас выйдем и рванем к Кирилловым, наши уже все там должны быть. Как Вика? Вещи собрала?

— Вика уже собрала свой рюкзачок, ждет тебя. Все остальное я покидала в бордовую сумку, осталось только Бегемота в переноску загнать и кроссовки надеть.

— Давай, — сказал я, — загоняй его и обувайтесь. Я сейчас поднимусь, будь готова открыть дверь, позвоню нашим кодом.

— Поняла. Будь осторожен.

Я нажал отбой. Все, вперед. В городе с каждой минутой становится все опаснее, и чем быстрее мы окажемся в Виталиной крепости, тем лучше. Я сменил обойму в «макарове» на полную, проверил второй пистолет — тоже полная. Стрельба «по-македонски», то есть с двух рук из двух пистолетов — не мое, ни разу не пробовал, поэтому рисковать не буду. Один «ПМ» сзади за пояс, «ксюху» — пока под сиденье, второй пистолет — в руку. Еще раз осмотрелся — никого. Открыл дверь, вылез из машины и беззвучно включил сигнализацию. Хорошая функция у «сигналки» — бесшумный режим. Это правильно, нам сейчас шум вообще ни к чему, еще неизвестно, кто припрется на звук моих выстрелов по работяге. Так что вперед!

Короткая перебежка до подъезда. Прислушался. Тихо. Ключ-«таблетка», медленно потянул дверь на себя, ожидая броска твари из полумрака. Повезло. Никого. Оружие держу двумя руками, поводя стволом вправо-влево и придерживая дверь ногой. Глаза чуть привыкли к сумраку подъезда — пока что чисто. А вот запах мне совсем не понравился — пахло какой-то кислой гадостью с металлическим оттенком. Страхом пахло. И смертью. Я на полусогнутых двинулся вперед, стараясь контролировать взглядом все закоулки.

До второго этажа поднялся без проблем. Старался ступать как можно бесшумнее, сжимая пистолет обеими руками. Сердце бухало где-то в горле, по виску катилась капля пота, спина тоже взмокла. И тут я услышал шуршание. Сверху. И еще один звук. Нет, не показалось. Чавканье. Я застыл на месте, прислушиваясь.

Судя по всему, звуки доносились с площадки третьего этажа. Я очень медленно поднялся еще на пару ступенек и, вытянув шею, выглянул из-за перил. Картина, открывшаяся мне, была вполне достойна пера Иеронима Босха как минимум. Окончательно съехавшего с катушек Босха, обдолбавшегося разбодяженным кокаином и пищущего свой шедевр собственной кровью на стене «одиночки» в психушке.

Возле мусоропровода на спине лежал труп. Здоровенная туша соседки с третьего этажа, работавшей кассиршей в сетевом магазине за углом. Она еще почему-то никогда не здоровалась... Живот разворочен, вся площадка в крови и ошметках, а вывалившиеся кишки вместе с их содержимым пожирают бабка из двадцатой квартиры и ее мерзкая псина — мелкая дворняга, которая вечно лаяла на всех. Этакий милый, почти семейный завтрак дохлой человечинкой не отходя от кассы. В смысле от мусоропровода. Запашина стоял такой, что у меня тугой ком из недр желудка моментально подкатил к горлу. Я зажал нос рукавом, сделал несколько глотательных движений. На глаза навернулись слезы. Твою ж мать... Я отступил чуть назад и вниз, благо зомби-собачьему тандему пока было не до меня. Попытался продышаться ртом, но тошнота не отпускала. Захватив пальцами левой руки подол футболки, я сделал несколько вдохов через нее. Вроде помогло. Я собрал силы в кулак. Нужно подниматься выше. Значит, надо как можно быстрее устранить эту жрущую парочку и идти дальше. У меня важные семейные обстоятельства, знаете ли.

Я снова потихоньку поднялся на пару ступенек и внимательно пригляделся к зомбачью. Бабка сидела спиной ко мне и чавкала, веревки кишок валялись на полу, где их трепала и грызла проклятая псина. Я выдохнул и взял на прицел затылок, покрытый редкими седыми волосами. Грохнуло. В замкнутом пространстве подъезда выстрел стегнул по ушам, как плетью. Попал. Седое чудовище завалилось мордой в живот трупа, а псина, сволочь такая, без промедления рванула ко мне. У меня екнуло сердце, в голове вихрем пронеслись картинки — она кусает меня за ногу, вгрызаясь окровавленной пастью в мою плоть, я стреляю, стреляю, стреляю и не могу попасть в эту маленькую вертлявую тварь. От неожиданности я прыгнул вперед через несколько ступенек. Собачонка пронеслась подо мной, а я, приземлившись на площадке, немедленно поскользнулся на кровавых ошметьях и завалился на бок. Пистолет вылетел из руки. Изворачиваясь и елозя по полу, я пытался развернуться к ней лицом и встать, но получалось не очень. Тем временем шавка отлетела от стены, брошенная к ней силой инерции, отскочила, как мячик, и, скребя когтями по бетону, бросилась ко мне. Второй «макаров» вытащить я не успевал.

Бах! Бах! Бах! Я даже сначала не понял, что произошло. В грудь и морду собачонки ударили пули, ее отшвырнуло назад, и еще три негромких выстрела довершили дело. Вместо морды у нее теперь было сплошное кровавое месиво. Я поднял голову. Выше, на ступеньках, стояла Ольга, держа «Грозу» обеими руками. Она перевела взгляд на меня, потом на трупы рядом с мусоропроводом и закрыла рукой рот.

— Молодец, любимая, — прохрипел я. — Ты у меня прям снайпер... Специалист по отстрелу бродячих животных.

— Ранен? — невнятно спросила она.

— Нет, и даже не укушен. Все, уходим.

Я подобрал пистолет, как мог обтер его футболкой и поднялся.

Через минуту мы погрузились в «патрик», и я дал газу. Футболку пришлось содрать и выбросить — вся была в кровище, так что я выглядел впечатляюще: грязные и драные джинсы, голый торс, измазанный местами кровью, на голове черт знает что, зато ствол за поясом и «ксюха» на коленях. Джон, мать его, Рэмбо карельского разлива...

Вику я дотащил до машины на себе, в другой руке держа пистолет. Все, теперь без оружия никуда, даже в сортир — надо себя приучать. Второй «ПМ» отдал Ольге, она пристроила его в боковой карман легкой камуфляжной куртки. В руки взяла сумку с вещами и переноску с Бегемотом. Тот, кстати, вел себя на удивление тихо — видать, понял, что нам сейчас не до него. Только таращил зеленые глазищи из-за сетки. Дочке я приказал закрыть глаза и не открывать, пока в машину не сядем. Молодец, лишних вопросов не задавала и сделала все, как папа сказал. Когда выскочили из двора, я предупредил, что едем к Кирилловым, и она совсем успокоилась, уткнувшись в телефон. Вот сейчас правильно, пусть лучше туда смотрит, чем на улицу.


Петрозаводск, столица Республики Карелия,

Суоярвское шоссе, июнь 2018 года

Лобовое было в дырках от пуль, так что видимость резко упала, и я старался вести машину как можно осторожнее. Промчавшись по Лесному проспекту, на верхнем чапаевском кольце я зацепил задним крылом «Солярис», который двигался по кольцу зигзагами — возможно, водителя жрали. Или он сам созрел кем-то перекусить. Выровняв «патрика», я прибавил газу. Ехать нужно было около получаса, но ПДД уже никто не соблюдал, так что должны доехать быстрее.

— Все нормально, Оль, наши уже почти все у Карелов, с детьми, сейчас доедем, дух переведем и будем думать, что дальше.

Хотя, конечно, ни хрена все не нормально. Про Саню с Танькой я намеренно говорить не стал. Нервы у моей жены крепкие, но пока... Пока не надо. Ольга отстраненно смотрела в окно и молчала. Шок. Скоро отпустит.

Мы проскочили мимо огромного супермаркета «Дельта», расположенного справа от трассы. На парковке около него творилось что-то невообразимое. Бежали люди с тележками, набитыми продуктами и баклагами с водой, тут же дрались за эти тележки, запихивали в машины и с пробуксовкой срывались с места. То тут, то там мелькали зомби, гонялись за жертвами, валили на асфальт и грызли. Хаос, неразбериха и полная дичь. В память врезалась картина: на крыше дорогущего «Лексуса» стоял мужчина в костюме, местами порванном и грязном. В одной руке он держал большую бутылку, к которой прикладывался, а в другой — пистолет. Хлебнул, выстрелил. Выстрелил, хлебнул. Я, помнится, еще успел подумать, что у него закончится раньше — алкоголь или патроны, и мы пронеслись мимо. Вакханалия у «Дельты» осталась позади.

Я протянул руку, открыл бардачок и нашарил там металлическую фляжку — «запаску», как я ее называл. Типа всегда есть небольшой запас, на крайний случай. Вот он, этот случай...

Ольга глотнула коньяку как воды — даже не сморщилась. Я, решив, что теперь только зомби — инспектор, тоже приложился от души. Надо же как-то лечить душевные травмы...

Нам оставалось совсем немного — основные пару заторов из машин мы удачно проскочили по обочине встречки. Впереди уже можно было разглядеть большой указатель с надписью «Добро пожаловать в Карельские просторы! Только здесь настоящая жизнь!». Я немного сбросил скорость и даже чуть-чуть расслабился — видимо, коньяк подействовал. Как оказалось, расслабился я рано.

Метрах в ста от нас, впереди, вдруг пара автомобилей буквально взмыла в воздух, а еще несколько машин разлетелись в разные стороны. Посередине трассы, как по волшебству, возник огромный грузовик — тягач «Вольво» с полуприцепом. Он, как пьяный динозавр, прокладывал себе дорогу среди других машин, разнося их в клочья. Времени на раздумья не оставалось — нас разделяли уже считаные десятки метров. Я воткнул третью передачу и поддал газу, идя внатяг и прикидывая возможную траекторию его движения. Справа от нас проскочила «девятка», ее занесло, водитель не справился с управлением и, как шар в лузу, влетел под автомонстра. «Вольво» подпрыгнул, взревел дизелем и, перемолов легковушку, попер на нас. Я увел «патрика» максимально вправо, на обочину, крикнул своим «Держитесь!!!» и вдавил педаль газа в пол. Был шанс, что мы успеем проскочить до поворота к поселку между грузовиком и лесом. Краем глаза зацепил Ольгу — одной рукой она вцепилась в ручку на торпеде, другой прижимала к себе переноску с Бегемотом, голова повернута назад, к Вике, рот открыт, что-то кричит, но я не слышу.

«Патрик» шел по склону обочины, серьезно накренившись на правый борт. «Гудричи» рвали почву и траву, движок ревел на повышенных оборотах, а я молился, чтобы нам не попался пень или камень. Если перевернемся — все, край, этот шведский монстр нас раздавит. Но... Вывезла кривая. Справился «УАЗ», не подвел. Буквально в сантиметрах мы разошлись с бортом полуприцепа, грузовик в заносе сложился как перочинный нож и рухнул набок. Адский скрежет металла об асфальт, от которого заломило зубы. Снопы искр, разлетающиеся куски обшивки. И как финальный стоп-кадр — надпись на борту: «Мы — Karjala, нам все Pohjala». Автомонстр слетел с трассы в лес и взорвался. В зеркале заднего вида вырос оранжево-черный шар.


Коттеджный поселок «Карельские просторы»,

Республика Карелия, примерно 30 километров

от Петрозаводска, июнь 2018 года.

Спустя два часа

Дети тусили наверху, в комнате Артема, играли в видеоигры на «X-Box». Наши жены пили вино на кухне, а мы с мужиками — коньяк в кабинете у Витали. Все уже немного отошли, помылись-переоделись и даже успели помянуть Саню с Танюхой. Осознание происходящего накрыло всех. Ну, кроме детей. Мы сидели, пили и молчали. Говорить не хотелось. Пришла Ирка, принесла тонко нарезанный лимон на тарелочке, еще одну бутылку коньяка из Виталиных запасов, молча поцеловала сидящего за столом мужа в макушку и ушла. Карел налил всем еще по одной, мы молча выпили, не чокаясь.

— Ну что, мужики, — нарушил тяжелое молчание Виталя, — расклад, в принципе, ясен. Запасов хватит примерно на неделю на нашу банду. За это время нам нужно разжиться еще едой, оружием, боеприпасами и топливом. Это как минимум. Из транспорта не помешал бы хороший микроавтобус — для девчонок и детей, что-то типа «Старекса». Наших внедорожников, думаю, будет достаточно, поместимся.

— Карел, я что-то не понял, — слегка заплетающимся языком сказал Леха. — Мы что, едем куда?

Леху можно было понять — Саня был его лучшим другом, и он переживал больше всех.

— Да, друже. В Мурманск, в порт.

— Ааа, а чего сразу не в Китай? — Леха попытался засмеяться, но подавился и закашлялся. — До Мурманска тыща верст! Как мы такой толпой туда двинем? И главное — на хрена?

— Я звонил брату, — ответил Карел. — Если помните, он капитаном на «Адмирале Колышкине» трудится, это здоровенный рыболовецкий траулер. Короче, его экипаж сейчас собирает свои семьи, запасается всем необходимым и ждет нас. В течение трех дней. Время пошло уже сегодня утром. Доберемся — выживем. Здесь ловить уже нечего. Все будет только хуже.

— Согласен, — сказал я. — Надо собираться и двигать. Морским путем можно много куда добраться. Но главное — уверен, что зомбачье не умеет плавать. Значит, на судне мы будем в безопасности.

— Солидарен, — немногословный, как всегда, Тема для наглядности поднял руку. — Транспортная полиция с вами.

Мы невольно улыбнулись. Сержант Артем Григорьев, двухметровый мужичина с внешностью рязанского рубахи-парня, внушал спокойствие.

— Ладно, значит, порешали, — подытожил Виталя. — На сегодня все тогда. Тема, ты первый дежуришь, я на чердаке уже «фишку» оборудовал, там мой «Бенелли», патроны, короче, разберешься.

Мы разбрелись по дому. Виталя вечером обошел с Темой периметр, проверил ворота и все остальное, и мы засобирались спать, решив завтра, на свежие головы, обсудить насущные дела. Ольга с Викой вырубились быстро, а я долго ворочался — в голове был полный сумбур.

В конце концов я почти приучил себя к мысли о том, что жизнь в корне поменялась. Теперь придется быть в тысячу раз внимательнее, спать с пистолетом под подушкой и отвечать за жизнь родных не на словах. Именно эта ответственность придала мне душевных сил и, как ни странно, спокойствия. Я словно обрел цель в жизни, понял наконец, что нужно делать и в чем мое предназначение. Я за них порву всех зомби этой планеты. Они, мои жена и дочка, — самое дорогое, что у меня есть. И никакой апокалипсис этого не изменит.

Никогда.


Выбрать рассказ для чтения

47000 бесплатных электронных книг